Читаем Другие законы жизни полностью

Другие законы жизни

Данное словосочетание придумано автором, поэтому оно отсутствует в психологических, философских и этических словарях. Работа присутствует в книге "Замечательный человек", планируется её размещение в "Этико-психологическом словаре" (4-6-томник). Данное явления, как правило, присуще добродетельному и одухотворённому, интеллигентному и достойному, зрелому и самодостаточному человеку. Особую роль этот момент играет для человека, сознательно и целенаправленно стремящегося работать над своей личностью, реализуя программу самовоспитания и самосовершенствования. Под словом "другие" автор подразумевает существенно более строгие, более серьёзные, более одухотворённые, более гармоничные, более мудрые. Соответствующие системе классических ценностей человеческого бытия. Выражаясь несколько проще, соответствующие духовной логике жизни, а не её весьма упрощённому варианту – житейской логике. Присущей, к сожалению, большинству людей.

Александр Иванович Алтунин

Публицистика / Документальное18+

Александр Алтунин

Другие законы жизни

Большинство людей с определенными задатками творческих способностей и талантов понимает то, что они очень существенно отличаются от большинства обычных людей. Есть, как минимум, интуитивное ощущение того, что их жизнь должна проходить по иным правилам и законам, нежели у большинства окружающих. И если уровень мудрости и одухотворенности низкий, то такой человек начинает изобретать, условно говоря, велосипед. Конечно, пятерым из десяти миллиардов населения Земли удалось изобрести нечто оригинальное и в этом плане. Но это меньше, чем даже один человек из миллиарда. Это редчайшее исключение из данного правила не опровергает само правило, а лишь еще раз подчеркивает и подтверждает его истинность. То, что изобретение велосипеда – это удел не широкой массы людей, а очень редких особо избранных. Своего рода интеллектуальной элиты человечества.

И поэтому многие люди с творческими способностями, при составлении личных правил и законов жизни, ударяются в сумасбродство и своенравность, и самоуверенность, в претензию на обладание истиной в последней инстанции, на свое эксклюзивное место под солнцем. Только лишь на основании того, что в конкретном человеке есть задатки тех или иных творческих способностей. То, насколько велика реальная ценность этих способностей с общественной точки зрения, с позиции иерархии классических духовных ценностей, гармонии и совершенства на уровне всей Вселенной, как правило, таких людей особенно не беспокоит. Им важно успешно и благополучно, эффектно и значительно выглядеть в своих собственных глазах. С минимальным участием самокритичности и самоконтроля, интуиции и проницательности, добросовестности ума и души, чувства долга и ответственности, мало-мальски серьезного самоанализа.

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное