Сколько времени она будет помнить этого итальянца? Недолго, подумала Изабелла. Вероятно, неделю-две. Но тут же сама себе возразила: это неправильно. Негоже забывать из мести. Он всего лишь немного пофлиртовал со мной, для итальянца это не более чем простая вежливость. И если говорить о вине, то виновата я. Мне пришло в голову, что он почему-то должен увидеть во мне нечто большее, чем я есть на самом деле. Я редактор журнала «Прикладная этика», а вовсе не роковая женщина, какой смысл ни вкладывай в эти слова. Я женщина-философ сорока с лишним лет. У меня есть друзья, но нет любовников. Вот формула, в которую я целиком укладываюсь. Но изредка, иногда так хочется стать чем-то иным. Например… Братцем Лисом, который, возможно, подсматривает за ней из сада, хотя она его и не видит. Он смотрит на нее через окно и гадает, что это за голова и плечи над письменным столом, прикреплены они к рукам-ногам или же представляют собой отдельное существо Голова-Плечи? Так философствует Братец Лис, и это предел, дальше которого ему не двинуться.
Глава двадцать вторая
Как она и предполагала, Иан сначала заколебался, но потом согласился.
– Вам надо просто увидеть его, – сказала Изабелла. – Увидеть вживе. – Искоса глянув на Иана, она поняла, что он все еще не уверен. – Мне кажется, что все происходящее с вами имеет предельно рациональное объяснение, – настаивала она. – Вам пересадили сердце молодого человека, ушедшего из жизни при весьма печальных обстоятельствах. Вы получили множество психологических травм, неизбежных в такой ситуации. Ваша жизнь висела на волоске. Вы… это, конечно, звучит излишне мелодраматично, но вы смотрели в глаза смерти. И в вашем сознании накопилось множество чувств, связанных с человеком, который спас вам жизнь.
– Да, – он старательно вслушивался в ее доводы, – да, все правильно. Именно так все и было. Вы правы.
– И эти эмоции, – продолжала она, – запечатлелись в организме. Этого было не избежать. Они трансформировались в физические симптомы. Обычная вещь. Случается очень часто. И никак не связана с клеточной памятью. Не имеет к ней ни малейшего отношения.
– Но лицо? Почему же я видел его отца? Его отца, не моего.
– Отца его сердца, – мягко напомнила Изабелла. – Похоже на заголовок стихотворения, согласны? А еще лучше – Отец моего сердца.
– Почему я видел это лицо? – настаивал Иан.
Они сидели за столиком в магазине Кэт. Повернув голову, Изабелла посмотрела в дальний угол, где Эдди как раз завернул багет и подавал его покупательнице. Они о чем-то разговаривали и смеялись. Да, Эдди сильно изменился, подумала Изабелла и снова повернулась к Иану:
– Есть три возможных объяснения. Во-первых, можно допустить, что в самом деле существует некая клеточная память, и, откровенно говоря, я не знаю, что можно об этом сказать. Я старалась не упускать и этот вариант, но чем больше я о нем думаю, тем менее вероятным он представляется. Почитав разные статьи о феномене памяти, я поняла, что большинство ученых уверены: убедительных доказательств существования клеточной памяти нет, а предлагаемые свидетельства в лучшем случае анекдотичны. И я не настолько привержена модным идеям, чтобы верить в существование недоказуемого. – Она замолчала. Не слишком ли категоричны ее заявления? Лучше кое-что разъяснить. – Во всяком случае, когда речь идет о функционировании человеческого организма. А память ведь функция организма. Так что все возвращается на круги своя.
Следующий вариант – простое совпадение. И это кажется более вероятным, чем первое допущение.
В жизни мы непрерывно сталкиваемся с теми или иными случайными совпадениями.
– А третий вариант? – спросил Иан.
– Самый рациональный. В какой-то момент, когда операция уже была сделана, вы увидели что-то подсказавшее вам, что донор, ваш спаситель, был молодым человеком по имени Гэвин Маклеод. Возможно, что тогда же вы увидели фотографию его отца. И, скорее всего, даже не поняли, как и когда подсознание установило проявившиеся потом связи.
– Неубедительно, – возразил Иан. – В высшей степени малоправдоподобно.
– А разве все с вами случившееся не столь же малоправдоподобно? Разве все эти симптомы… видения можно назвать правдоподобными? Но вы все же воспринимаете их как реальные. Так почему ж не хотите принять и еще один уровень малоправдоподобного?
Она замолчала и посмотрела, как на него подействовали эти доводы. Он смотрел вниз, на ботинки. Взгляд был смущенным.
– В конце концов, что вы теряете, Иан? Помолчав несколько минут, он кивнул, выражая согласие, и в результате они катили в Западный Линтон – Изабелла за рулем своего видавшего виды зеленого шведского автомобиля. Она редко пользовалась этой машиной, с ее пахучими, обитыми старой, потрескавшейся кожей сиденьями. Машиной, которая, хоть и простаивала подолгу в гараже, всегда, все эти годы, заводилась с первого оборота. Эта машина будет моей до конца, решила Изабелла, и принятое решение странным образом сроднило их, как пожизненно связанных друг с другом партнеров.