Читаем Дуэль Лермонтова и Мартынова полностью

Изданию Свода при императоре Николае I предшествовало собрание и приведение в систему всех военных законов, начиная с петровского Воинского устава 1716 года. Непосредственное руководство в составлении Свода военных постановлений осуществлялось графом М.М. Сперанским. Согласно манифесту Николая I от 25 июня 1839 года, Свод военных постановлений вступил в действие с 1 января 1840 года. Наказание за участие в дуэли содержала часть 5 книги 1 Свода военных постановлений. Статья 376 предусматривала, что «умышленный смертоубийца подлежит лишению всех прав состояния, наказанию шпицрутенами и ссылке в каторжную работу». Согласно статье 395: «Кто, вызвав другого на поединок, учинит рану, увечье или убийство, тот наказывается, как о ранах, увечье и убийстве умышленном поставлено». Для секундантов наказание содержалось в статье 397: «Примиритель и посредники или секунданты, не успевшие в примирении и допустившие до поединка, не объявив о том в надлежащем месте, судятся как участники поединка и наказываются по мере учиненного вреда, то есть, если учинится убийство, как сообщники и участники убийства; если раны или увечья, как участники и сообщники в нанесении ран или увечья; если же убийства, ран или увечья не учинино, как участники самовольного суда и беззаконного мщения в нарушении мира, тишины, любви и согласия».

В последующем ответственность за дуэли была существенно снижена.

Согласно Уложению о наказаниях уголовных 1845 года, поединок стал самостоятельным преступлением против «личных благ». Секунданты и врачи освобождались от наказания, а наказание дуэлянтам уже не превышало, даже в случае гибели одного из противников, заключения в крепости от 6 до 10 лет с сохранением дворянских прав по выходе.

Однако и эти меры никогда не применялись. Наиболее распространенным наказанием для дуэлянтов был перевод в действующую армию на Кавказ, а в случае смертельного исхода – разжалование из офицеров в рядовые, после чего они через некоторое время за заслуги по службе, как правило, восстанавливались в офицерском чине.

В 1894 году, в период царствования Александра III, поединки были официально разрешены.

Военным министром П.С. Ванновском «в целях укрепления боевого духа в армии» в 1894 году были изданы правила об офицерских дуэлях, каковые сделались для офицеров в известных случаях обязательными (Приказ по военному ведомству № 118 от 20 мая 1894 года Правила о разбирательстве ссор, случающихся в офицерской среде, а также приказ по военному ведомству № 119 от 21 мая 1894 года).


Михаил Лермонтов. Сцена из кавказской жизни (Нападение). 1838

Государственный Литературный музей, Москва


Дела рассматривались судами общества офицеров (в последующем переименованы в суды чести). Суд мог признать возможным примирение офицеров либо постановить о необходимости поединка (решение о возможности примирения носило рекомендательный характер, а решение о поединке – обязательный). Офицер, отказавшийся от дуэли, обязан был подать прошение об увольнении в отставку, в противном случае он подлежал увольнению без прошения.

Примечательно, что официального дуэльного кодекса, в том числе и на момент проведения дуэли Лермонтова с Мартыновым, в России не существовало.

В России в середине XIX века правила дуэли регламентировались кодексом графа де Шатовиллара, выпущенным во Франции в 1836 году. В разработке этого документа участвовало около ста родовитых французских аристократов. Дуэльный кодекс был подписан 76-ю выдающимися личностями того времени и опубликован. В России кодекс не издавался из цензурных соображений. Положения кодекса графа де Шатовиллара применялись, если можно так сказать, с особенностями национального характера. Во Франции в XIX веке дуэли носили больше ритуальный характер и заканчивались, как правило, без смертельных случаев. Этому способствовали и «щадящие» условия дуэльного кодекса. Устанавливалась такая барьерная дистанция (минимальное расстояние между рубежами открытия огня), которая обеспечивала невысокую вероятность попадания, обычно 30–35 шагов. В России же результатом дуэли считалось либо ранение, либо смерть.

Дуэль Лермонтова с Мартыновым проходила на расстоянии десяти шагов, что считалось нормой.

В России издание правил дуэли было признано неудобным, и остались неписаные правила, установленные обычаем. Самым известным в современной литературе является неофициальный дуэльный кодекс, изданный В. Дурасовым[14]. Хотя данный кодекс был издан позже дуэли Лермонтова и Мартынова, однако он зафиксировал уже сложившиеся традиции, и можно говорить, что применявшиеся в ходе данной дуэли правила нашли отражение в кодексе.

Следствие по делу о дуэли Лермонтова и Мартынова

Дуэль Лермонтова и Мартынова являлась событием, выходящим из ряда обыкновенных.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские судебные процессы

Дуэль Пушкина с Дантесом-Геккерном
Дуэль Пушкина с Дантесом-Геккерном

Дуэль и трагическая смерть А.С. Пушкина всегда притягивали к себе особенное внимание. Несмотря на многочисленные исследования, в истории этой дуэли оставалось много неясного, со временем возникли замысловатые гипотезы и путаница в истолковании событий.Подлинные документы следственно-судебного дела о дуэли поэта с Ж. Дантесом-Геккерном позволяют увидеть последние события его жизни и обстоятельства смерти. Эти материалы собрал и подготовил к печати крупный государственный и общественный деятель России Петр Михайлович фон Кауфман (1857–1926), возглавлявший комитет Пушкинского лицейского общества. Впервые выпущенные в свет небольшим тиражом в 1900 году, они не переиздавались более ста лет.Интереснейшие материалы военно-судного дела о дуэли проясняют как собственно проблемы дуэли в России того времени, так и понимание произошедшего между Пушкиным и Дантесом-Геккерном конфликта, а также свидетельствуют о том, каковы были судебная система и процессуальное применение норм писаного права в России XIX века.

авторов Коллектив , Виктор Николаевич Буробин , Коллектив авторов -- История , Пётр Михайлович фон Кауфман

Биографии и Мемуары / История / Юриспруденция / Образование и наука

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное