Читаем Дух свободы: Наследники партизан полностью

Дух свободы: Наследники партизан

Борьба за свободу белорусов затянулась. На смену энтузиазму стала приходить усталость.11 ноября 2020 года на Площади Перемен неизвестными был избит Роман Бондаренко. Последнее, что он написал: «Я выхожу». Все, что он хотел сделать, – узнать, почему неизвестные в балаклавах срезают ленточки с забора, но это кончилось тяжелой черепно-мозговой травмой.12 ноября Роман умер в больнице, так и не придя в себя. В тот же вечер страна погрузилась в траур и каждый справлялся с этим как мог.Основано на реальных событиях.Присутствует ненормативная лексика.

Александр Верт

Документальная литература / Документальное18+

Александр Верт

Дух свободы

Наследники партизан

Всем жертвам режима посвящается. Мы никогда вас не забудем.

Глава 1

В замке повернулся ключ. Щелчок – и дверь открылась. В тишине квартиры этот звук прокатился зловещим эхом.

Артур, так и не включивший свет на кухне, вздрогнул, сглотнул мгновенно подкативший к горлу ком и красными от усталости глазами посмотрел на часы.

В такое время домой могла вернуться только Маша, хотя Артур не мог вспомнить, на сутки она ушла или на день. Он постоянно путался в ее сменах на скорой, а когда собирался об этом спросить – забывал, и потому постоянно чувствовал себя виноватым.

Быстро закрыв ноутбук и перевернув два лежащих рядом телефона экраном вниз, он хлебнул остывший кофе и встал.

Сейчас говорить с ней он тоже был не в состоянии. Включив свет на кухне, он вышел в коридор и увидел ее в расстегнутом пальто, стягивающую с себя шарф. Шапка уже лежала на полке.

Вместо приветствия и поцелуя в щеку, Артур коротко провел рукой по ее спине, едва задевая пальцами кончики темных волос, затянутых в короткий хвост. Это было почти неощутимое прикосновение, но на большее он не был способен, потому забирал пакет с покупками, избегая ее взгляда.

Она всегда заходила в магазин, возвращаясь домой. Наверное, пыталась так заботиться о них, по крайней мере, Артур видел в этом заботу и острее чувствовал вину, но она молчала, даже не вздыхала тяжело от усталости.

Это его устраивало, особенно сейчас, когда в голове было пусто, а перед глазами мелькали новости, ники, каналы и обсуждения.

Он просто пошел на кухню разбирать пакет, чтобы помочь хоть чем-то.

Хлеб, молоко, мука…

Стоило взять ее, и рука сразу задрожала. Белая упаковка, красная полоса.

«Чертова Лидская мука», – подумал Артур, сжимая до боли челюсть.

Рядом с красной полоской было написано: «сделано в Беларуси».

«Сделано» – красным. «В Беларуси» – зеленым. Все как на государственном флаге.

У Артура перед глазами сразу проехали ряды автозаков с этим проклятым флагом, замелькали дома, где эти флаги теперь появились. Они теперь были всюду, даже на магазинах. От них тошнило.

– Ненавижу, – прошептал он, сжимая муку все сильнее.

– Что? – спросила Маша, не разобравшая его тихих слов и тут же отскочившая от своего парня.

– Что это? – спросил он, резко обернувшись и чуть ли не в нос ткнув в нее пачкой муки. – Зачем ты ее купила? Она государственная! На ней же этот чертов флаг.

– Это единственная мука в магазине у дома, – устало ответила Маша.

– Да мне плевать!..

Договорить Артур не успел, потому что треклятая бумажная упаковка муки в его руке лопнула, заполнив всю кухню белым туманом.

– Ты идиот?! – взвыла Маша. – Мог бы пойти в магазин сам! Кто вообще это все теперь будет убирать?!

Слезы тут же застыли в ее глазах, просто потому что всякий раз, когда она видела Артура таким, что-то в ней ломалось. Выжигающая ненависть буквально била, и казалось, он может наброситься на нее, а он не понимал, как выглядит в этот момент, скалился и, рыча, швырял полупустой пакет на пол.

– Какая к черту разница, если даже ты… Ты! Кормишь этих тварей![1]

Он впечатал пакет ногой, поднимая белые мучные клубы, и вмял его в пол, пытаясь раздавить, словно окурок.

– Это мои деньги, кого хочу, того и кормлю! – бросила ему Маша в ответ, не понимая уже, от чего она защищается.

– Замечательно! – рявкнул на это Артур и в перемазанных мукой домашних штанах пошел из кухни в коридор, оставляя за собой белые следы.

Продолжать разговор, что непременно закончится упреками, он не хотел.

«Да, я – безработное говно. Я помню», – думал он, уходя, и едва не налетал на Машиного брата, что выходил на крики из своей комнаты.

– Да что у вас опять случилось? – спросил тот.

Артур ему не ответил, отмахнулся и вышел.

За ним хлопнула входная дверь.

На кухне разрыдалась Маша, сползая на пол.

У нее просто не было сил ни терпеть, ни бороться. Она устала от новостей, от ситуации в стране, от работы, от Артура, от всей своей жизни и могла только рыдать, жалея себя.

– Маш, – окликнул ее брат, присаживаясь с ней рядом на пол, засыпанный мукой. – Что у вас опять случилось?

– Как всегда, – простонала Маша в ответ, вытирая слезы.

Она не видела смысла объяснять брату, что не так. Кирилл жил с ними и сам знал, каким невыносимым стал Артур. Иногда он, казалось, был хуже лукашистов[2] и все чаще напоминал сумасшедшего. У него было пять телефонов, несколько ников в телеграме. Какие-то чаты, каналы. Спичечный коробок с сим-картами в тумбочке на кухне. Созвоны. Маты. Крики без причины.

Он почти не спал. Забывал поесть. Огрызался. Хамил. Ничего кроме злого ядовитого сарказма из него нельзя было выдавить, но Маша все равно его любила, только уже не надеялась спасти.

«Я так больше не могу», – думала она, не в силах даже это прошептать, а сама заплакала еще сильнее, едва не закричав от боли, в голос.

– Машка…

Кирилл не знал, что ей сказать, потому обнял ее как можно крепче.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эволюция войн
Эволюция войн

В своей книге Морис Дэйви вскрывает психологические, социальные и национальные причины военных конфликтов на заре цивилизации. Автор объясняет сущность межплеменных распрей. Рассказывает, как различия физиологии и психологии полов провоцируют войны. Отчего одни народы воинственнее других и существует ли объяснение известного факта, что в одних регионах царит мир, тогда как в других нескончаемы столкновения. Как повлияло на характер конфликтов совершенствование оружия. Каковы первопричины каннибализма, рабства и кровной мести. В чем состоит религиозная подоплека войн. Где и почему была популярна охота за головами. Как велись войны за власть. И наконец, как войны сказались на развитии общества.

Морис Дэйви

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы
Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы

Откуда взялись серийные убийцы и кто был первым «зарегистрированным» маньяком в истории? На какие категории они делятся согласно мотивам и как это влияет на их преступления? На чем «попадались» самые знаменитые убийцы в истории и как этому помог профайлинг? Что заставляет их убивать снова и снова? Как выжить, повстречав маньяка? Все, что вы хотели знать о феномене серийных убийств, – в масштабном исследовании криминального историка Питера Вронски.Тщательно проработанная и наполненная захватывающими историями самых знаменитых маньяков – от Джеффри Дамера и Теда Банди до Джона Уэйна Гейси и Гэри Риджуэя, книга «Серийные убийцы от А до Я» стремится объяснить безумие, которое ими движет. А также показывает, почему мы так одержимы тру-краймом, маньяками и психопатами.

Питер Вронский

Документальная литература / Публицистика / Психология / Истории из жизни / Учебная и научная литература
Апокалипсис: катастрофы прошлого, сценарии будущего
Апокалипсис: катастрофы прошлого, сценарии будущего

Эта книга – о самых масштабных или просто жутких катастрофах, когда-либо обрушивавшихся на человечество.Эпидемии и стихийные бедствия, войны и аварии с завидной регулярностью разрушали и разрушают, убивали и убивают, ставя под угрозу само существование человечества или, по крайней мере, значительной его части.Что удивительно, самые разнообразные беды и напасти обнаруживают пугающе сходные характеристики… Как итог, пять глав, которые авторы объединили в книгу, по сути, повествуют о фактическом противостоянии человека и окружающего мира. «Природа против человека» – о стихийных бедствиях и эпидемиях; «Технология против человека» – о техногенных катастрофах и авариях; «Деньги против человека» – о катастрофах социально-экономических, войнах и кризисах; «Человек против человека» – о терроризме и фатальных ошибках политических деятелей, которые чрезвычайно дорого обошлись странам и народам. Пятая глава – «Катастрофы, которых не было» – пожалуй, самая мрачная; в ней даны возможные сценарии апокалипсиса – от природных до военных и технологических.Человек готов вновь и вновь запугивать себя картинами грядущего конца света, не делая при этом ничего, чтобы предотвратить или, по крайней мере, ПОДГОТОВИТЬСЯ к потенциальным катастрофам, которые и раньше, и сейчас застают нас врасплох. То есть человечество не извлекает никаких уроков из произошедшего, а катастрофы повторяются вновь и вновь, с более и более страшными последствиями. Может быть, хотя бы настоящая книга послужит предостережением?..

Александр Соловьев

Документальная литература / Прочая документальная литература / Документальное