2. Не радуется злодей, будучи заключен в темнице; не может творить волю свою связанный железом; не учит другого заключенный в колоду; не помнит покоя сущий в болезненных трудах; не ест в сласть связанный по вые своей; и не загадывает сделать еще что злое, потому что всевозможно нагрешил, но с раздирающимся сердцем оплакивает все злые дела свои и все муки, какие готовятся ему, говоря о них: да, я их достоин.
3. Помышляющий всегда о том, каковы будут последние его, и видящий муки, (каких достоин) по грехам своим, не нуждается в большом усилии, чтоб не осудить кого в сердце своем; болезнование об (ожидаемых) мучениях съедает сердце его; горькое — увы! есть всегдашний предмет сокровенного поучения его; не воодушевляет он других не унывать; забота о пище не входит в круг попечений его; признает милость творящих с ним милость, но от печали вкуса не видит в ней, потому что всячески нагрешил; тем, которые поносят его, не отвечает он гневно и терпеливо несет болезненные труды, говоря: я достоин их;
4. Доколе же быть мне в опьянении без вина? Доколе беспечничать, имея впереди себя таковое? Ожестение сердца моего иссушило очи мои, а опьянение от суетной многозаботливости иссушило голову мою, и увлечения сердца моего навели на меня забвение до омрачения. Нужда телесная связала меня, и пагуба (отчаяние) докучает мне оставить путь (жизни). Не приобрел я друга, который бы поговорил о мне, и не имею дара, чтоб послать его гражданам. Весть о худых делах моих не попускает им признать меня. Если прошу их, они не обращают внимания на меня, ибо видят, что я не отстал еще от болестей своих (нравственных) и не прошу их распространенным сердцем (2 Кор.6:11).
5. Остен грехов моих не стал еще непрестанно уязвлять сердце мое (то есть не пришло еще болезненное сокрушение о грехах). Бремя грехов моих еще не отяготело надо мною (не подавляет меня тяготою своею, не чувствую тяготы грехов). Не познал еще я вполне, как следует, силы огня; иначе подвизался бы не впасть в него. Глас слышится в ушах моих, что ад предлежит мне, так как поистине не очистил еще я сердца своего. Раны на теле моем сделались опасными, но еще не воссмердели, чтоб искать врачевства. Я прикрываю от людей раны от стрел; и не могу терпеть, чтоб касался их врач. Он предложил мне наложить примочки (или припарки) на раны, но я не крепок сердцем, чтоб стерпеть едкость их. Врач добр и не требует с меня вознаграждения, но леность моя не дозволяет мне сходить к нему. Приходит он сам ко мне поврачевать меня и находит меня ядущим то, что растравляет раны. Он упрашивает меня перестать отныне (принимать такие яства), но сласть вкушения их обольщает сердце мое. Когда поем, раскаиваюсь, но раскаяние мое не истинно. Присылает мне (врач свое) ястие (говоря): поешь, чтоб оздороветь; но злой навык не дает мне принять его. Конец всего этого — не знаю, что мне делать?
6. Восплачьте же со мною, все братия, знающие меня, да приидет ко мне помощь паче силы моей и возобладает мною, чтоб я соделался достойным быть учеником Его (Господа моего): ибо Его сила во веки веков. Аминь.
Слово пятнадцатое. Об отречении от мира
1. Возлюбленные! Попечемся о себе,
2. Имей в уме, что Бог внимает тебе при всяком деле, какое делаешь. Имей в уме, что Бог видит тебя при всяком помысле твоем.
3. Что стыдишься делать пред людьми, о том стыдись помышлять тайно (в сердце). Как древо познается по плоду, так ум по созерцанию своему (по тому, на что устремлено око его) познает помыслы свои и душа разумная по созерцанию своему (по тому, чему умно внимает) познает саму себя.