Прежде чем вступать в контакт с человеком, пережившим ОСО, вам следует изучить свое собственное отношение к подобному опыту. Выясните, есть ли у вас какие-либо предубеждения в том, что касается значения ОСО, а также по отношению к людям, пережившим такой опыт. Вам не следует навязывать свои убеждения или интерпретации — пусть вашу беседу направляют собственное объяснение и понимание индивида, пережившего ОСО. Прислушивайтесь ко всему, что может вам подсказать, как человек сам осмысливает свой опыт, и помогайте ему прояснять эту интерпретацию, используя для этого его же собственные слова. Каждому из вас придется найти свой собственный способ поощрять беседу об ОСО. Используя свой личный стиль общения, как вербального, так и невербального, вы лучше всего сумеете донести до человека, что готовы его открыто выслушать.
Что бы вы ни думали о подлинном значении или причине ОСО, вы должны с уважением относиться к нему как к чрезвычайно мощной движущей силе трансформации. Если вы игнорируете огромные потенциальные возможности ОСО вызывать как положительные, так и отрицательные изменения личности, убеждений и телесной активности, значит, вы игнорируете то, что более всего заботит индивидуума, пережившего этот опыт. Вы должны относиться с уважением не только к опыту, но и к тому, кто его переживает. ОСО испытывают самые разные люди, и не следует оставлять без внимания богатую личную и духовную историю человека, рассматривая его исключительно в качестве пережившего ОСО.
Возведение ОСО в ранг синдрома или постановка индивидууму клинического диагноза на основании того, что он пережил ОСО, скорее помешает пониманию и оттолкнет человека, чем поможет ему. Когда у индивида, испытавшего ОСО, судя по всему, все же есть умственное или эмоциональное расстройство, и он, и вы сами должны ясно отдавать себе отчет, что это заболевание никак не связано с самим ОСО. Попытки квалифицировать такой опыт как симптом болезни не являются ни корректными, ни полезными.
Решающее значение для завоевания доверия человека, испытавшего ОСО, имеют искренность и честность. Если вам это кажется уместным, вы можете поделиться с ним своими чувствами относительно ОСО, при этом не обесценивая его собственных восприятий и интерпретаций. Вы должны убедить его, что способны подходить ко всему, что вам рассказывают, сугубо конфиденциально; он должен быть способен доверять вам в том, что вы не будете рассказывать о его ОСО другим людям без его разрешения. Люди нередко остерегаются рассказывать о чем-то столь необычном и интимном, как ОСО, до тех пор, пока они не уверены, что вы отнесетесь к этому с уважением, и у них будут разумные опасения в отношении того, как воспримут это другие люди, с которыми вы могли бы поделиться полученной информацией.
Самое полезное, что вы можете сделать для человека, испытавшего ОСО, — это внимательно выслушать все, что он захочет вам сказать. Те, кто оказывается выведенным из душевного равновесия этим опытом, обычно чувствуют настоятельную потребность понять его. Они нередко
Вам следует поощрять человека, испытавшего ОСО, к выражению любых возникавших у него при этом эмоций. Большинство разновидностей ОСО включают в себя очень яркие эмоции, и у пережившего его человека эти необычайно сильные чувства могут сохраняться в течение некоторого времени. Отражайте чувства человека, но не анализируйте их. Обратная связь в форме его собственных описаний и эмоций будет помогать ему разобраться в чувствах, которые вначале могут казаться необъяснимыми, тогда как преждевременный анализ и интерпретация этих эмоций могут лишь усилить боязнь этого человека быть неправильно понятым.
В больницах и других местах, где люди часто бывают на грани смерти, может быть полезно чаще сменять консультантов, чтобы предотвратить их чрезмерное утомление, так как люди, пережившие ОСО, нередко взбудоражены им и могут нуждаться в свежих слушателях, у которых есть время и терпение их выслушать.