Читаем Два возраста глупого короля полностью

12. Такое распределение продуктов, благ и изобретений – социально полезно! Ибо когда все блага и возможности распределяются сверху вниз – то каждый получает по своей силе, живучести, потентности. Что повышает шансы передавать лучшие гены – но и худшим оставляет шанс (мутации, катастрофы, расширение территории, да мало ли на какой случай пригодятся и слабые, пусть живут, – но, конечно, не так хорошо, как сильные). Такое распределение благ – по-прежнему и еще больше стимулирует каждого повышать свой социальный статус – для этого делая все возможное, напрягая силы и подражая во всем лидерам. Распределение благ сверху – это насаждение их, мультиплицирование, тиражирование в слоях пирамиды.

13. При конфликте социального инстинкта и инстинкта адаптации – часто предпочитается социальный инстинкт!!! Здесь необходимо уточнение. Инстинкт адаптации – это сбор и оценка информации об окружающей среде с целью адекватной реакции организма для приспособления к условиям среды: органами чувств и остальными, сознанием не контролируется. Разведка, познание, анализ, обучение, – это все необходимая часть адаптационного инстинкта, приспособительного реагирования. А социальный инстинкт – это стремление к такому поведению, при котором ты есть часть, возможно более значимая, общего структурированного социума. – И вот ты не желаешь замечать, думать и понимать и учиться, как достать желаемый тебе банан – если это связано с действием, понижающим твой социальный статус, т. е. противоречащим социальному инстинкту. Соблюдение социального статуса и незыблемой, благой, необходимой структуры социума – важнее даже адаптационного инстинкта!!!

14. Социальная форма адаптации, сложная, косвенная, – инстинктивно почитается особью важнее, чем индивидуальный инстинкт адаптации!!! То есть. Человек может отказываться от явно верного и хорошего дела – ради того, чтоб сохранить социальную структуру. Отказ от познания и обучения выглядит противоестественно – а следование социальным правилам выглядит бессмысленно: если только не отрешиться от частностей и не рассмотреть дилемму на системном уровне.

15. Тогда понятны другие опыты: насчет конформизма. Девять предупрежденных испытуемых называют более короткий отрезок линии из двух – более длинным. И десятый, честный подопытный, перестает верить собственным глазам, сомневается, и в восьмидесяти процентах случаев соглашается со всеми: длинный называет коротким, а короткий – длинным. Он не ослеп. И он не просто верит другим больше, чем собственным глазам. Глубинный и исконный социальный инстинкт повелевает ему придерживаться тех же взглядов на реальность, что и вся группа. Он – человек социальный, он живет в системе, есть часть системы, и действует согласованно с системой: это его социальная сущность.

16. Поэтому бьют пророков. Пророк – это человек, чье мнение раскалывает согласованность социума. Он противоречит мнению лидера. Он нарушает социальную иерархию. Он не по чину выступает. Его обычно не очень и слушают. Его мнение отрицают раньше, чем пытаются понять. Низко-поставленный иной – означает неправильный. Неправильный, настаивающий на своем мнении – это уже враждебный. Ненависть народа к пророкам и неприятие народом пророка при жизни – носит ни в коем случае не интеллектуальный, но социальный характер. Если бы то, что пророк, говорил бы правитель – было бы совсем другое дело!

17. Поэтому в донаучном, дорыночном, додемократическом обществе глумились над изобретателями. Они нарушали порядок представлений. Они много на себя брали, сами будучи никем. Их умность не соответствовала их чину. Отнестись к ним серьезно – означало уронить свой статус, признать умнее себя этого плебея. Изобретателю оставалось ползти к богачу или высокому чиновнику за поддержкой, и не только финансовой, – за властной, социальной, высокой поддержкой. А масса в гробу видала их пользу.

18. Всю жизнь я повторяю себе Вильяма Блейка: «Истину невозможно сказать так, чтобы ее поняли, – надо сказать ее так, чтобы поверили».

19. Конформизм. Пренебрежение нижестоящими. Глухота и слепота даже к собственной пользе, если она исходит от тех, кого презираешь. Подражание вышестоящим. Стремление вверх и нежелание опускаться вниз. Все это имманентные свойства социума. Он так устроен. Его недостатки – продолжения его достоинств.

20. Вышестоящий наделяется даже теми достоинствами, которых у него нет. Вышестоящесть – для толпы уже основание видеть в нем всякое разное хорошее. Правда, здесь есть оговорка: вышестоящесть должна обладать реальным авторитетом (чего обычно нет у сегодняшних лидеров, раздутых политтехнологами и СМИ).

21. Учиться будут у того, кого сначала признают выше себя. Это признание можно снискать властью, деньгами, бумажками, силой. Сначала должны уважать тебя – потом будут уважать твое мнение. Его большинство не поймет – но примет к сведению и усвоит, будет повторять. Нерассуждающий попугайский конформизм массы – необходимое условие существования социума.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих угроз цивилизации
100 великих угроз цивилизации

Человечество вступило в третье тысячелетие. Что приготовил нам XXI век? С момента возникновения человечество волнуют проблемы безопасности. В процессе развития цивилизации люди смогли ответить на многие опасности природной стихии и общественного развития изменением образа жизни и новыми технологиями. Но сегодня, в начале нового тысячелетия, на очередном высоком витке спирали развития нельзя утверждать, что полностью исчезли старые традиционные виды вызовов и угроз. Более того, возникли новые опасности, которые многократно усилили риски возникновения аварий, катастроф и стихийных бедствий настолько, что проблемы обеспечения безопасности стали на ближайшее будущее приоритетными.О ста наиболее значительных вызовах и угрозах нашей цивилизации рассказывает очередная книга серии.

Анатолий Сергеевич Бернацкий

Публицистика
Воздушная битва за Сталинград. Операции люфтваффе по поддержке армии Паулюса. 1942–1943
Воздушная битва за Сталинград. Операции люфтваффе по поддержке армии Паулюса. 1942–1943

О роли авиации в Сталинградской битве до сих пор не написано ни одного серьезного труда. Складывается впечатление, что все сводилось к уличным боям, танковым атакам и артиллерийским дуэлям. В данной книге сражение показано как бы с высоты птичьего полета, глазами германских асов и советских летчиков, летавших на грани физического и нервного истощения. Особое внимание уделено знаменитому воздушному мосту в Сталинград, организованному люфтваффе, аналогов которому не было в истории. Сотни перегруженных самолетов сквозь снег и туман, днем и ночью летали в «котел», невзирая на зенитный огонь и атаки «сталинских соколов», которые противостояли им, не щадя сил и не считаясь с огромными потерями. Автор собрал невероятные и порой шокирующие подробности воздушных боев в небе Сталинграда, а также в радиусе двухсот километров вокруг него, систематизировав огромный массив информации из германских и отечественных архивов. Объективный взгляд на события позволит читателю ощутить всю жестокость и драматизм этого беспрецедентного сражения.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Военное дело / Публицистика / Документальное