— Ты знаешь, что я над кое-чем работал, — он взглянул на меня, амбиции горели в его темных мертвых глазах. — Завтра — та ночь.
Он намеренно говорил намеками? Зачем говорить такое, если он не раскрывал детали?
— Хорошо, — сказал я. — Что мне делать?
Он повернулся так быстро, что я не смог отреагировать. Он сжал в кулак мой плащ, поднял меня на носочки, и наши лица оказались отвратительно близко. Его горячее дыхание задело меня.
— Ничего, потому что ты слабый. Слишком слабый, чтобы тебе можно было доверять, — он разжал ладонь, и я рухнул на пятки. Его губы изогнулись в оскале. — Вскоре, Захария, и ты это узнаешь.
Смятение и тревога дрожали во мне, но Аконит уже уходил. Я поспешил за ним, подняв капюшон. Не важно, над чем работал Аконит, и если он был сосредоточен на своих планах, даже лучше. Он будет отвлечён и не заметит меня.
Оставив меня перед простым кирпичным зданием, он пошел внутрь на встречу с Рут и ее особыми зельями. Я прошел к нише, где обычно ждал, мои варги разошлись и следили — и отгоняли от меня варгов Аконита. Их главной работой было, чтобы я не убежал. Им было плевать, что еще я делал.
Я прислонился к стене, вытащил маленький флакон из плаща и осмотрел зеленую жидкость в свете фонаря. Если бы убийство Аконита можно было достичь, просто добавив это в его еду. Он не пускал меня к его еде и напиткам, и даже если я как-то подбирался к ним, нужно было так много яда, чтобы убить его, что он заметил бы вкус.
Заклинание девушки было моим единственным шансом. Это должно было сработать.
«Она идет», — сообщила Килар.
Я убрал флакон в карман и повел плечами, прогоняя напряжение. Если я буду выглядеть нервно, она может передумать.
Тихо шагая, она появилась в переулке, осторожно озираясь, словно проверяла, что тут никого не было. Когда она юркнула в нишу ко мне, я скользнул взглядом по ее длинным худым ногам. Все в ней было худым, но я все еще хотел провести ладонями по ее гладким бедрам.
Я поднял взгляд, сдвинул капюшон. Она улыбнулась, перебросила хвост светлых волос за плечо. Ее шорты и майка оставляли много кожи открытой для меня.
— Получилось? — тихо спросила она.
Я вытащил флакон и протянул его. Ее зубы поймали нижнюю губу, она поднесла флакон к свету.
Она покачала флакон, яд плескался там.
— Сколько нужно?
— Пару капель. Пахнет мятой, так что добавь во что-то с сильным запахом.
— Как кофе? — предложила она, приподняв бровь.
Она так легкомысленно относилась к убийству. Мне это нравилось.
— Кофе — идеально.
Усмехаясь, она убрала флакон глубоко в карман.