Читаем Дважды в жизни (ЛП) полностью

— Ты в порядке?

Я сухо усмехнулась.

— Она не говорит о папе со мной, но говорит об этом с Лютером?

— Может, потому что она не думает, что после разговора с ним что-нибудь изменится? – осторожно спросил он.

— Ты ее слышал. Она настроена против папы. Я понимаю, что она злится из-за того, что он сделал с мамой, но я – его ребенок. Понимаешь? – я посмотрела на Сэма. – А у меня и шанса не было. Если бы у тебя могли быть отношения с отцом, разве ты не попробовал бы их поддерживать?

Сэм покачал головой.

— Нет. Но ситуация другая, и даже если бы было не так, мы с тобой не обязаны реагировать одинаково, — он взял меня за руку, повернул ладонь и стал на ней рисовать. – Папа отослал меня. Твоя мама увезла тебя. Это большая разница, хоть так и не кажется.

— Знаю, — я посмотрела на Сэма, он был достаточно близко для поцелуя, желание странно смешивалось с печалью. Он склонился, скользнул губами по моим. Мы были не так далеко от ресторана, но ощущение его губ утешало, и мне было плевать, кто нас видел. Я прильнула к нему, запустила пальцы в его волосы, прижимая к себе.

Сэм отодвинулся, его взгляд потяжелел, как вчера, когда он спрашивал, нависнув надо мной, уверена ли я.

— Я хочу забрать тебя с собой в Вермонт, — тихо сказал он.

— Я была бы рада.

Он поцеловал снова.

— Давай договоримся, — сказал он. – Когда я приеду к тебе в гости, если захочешь встретиться с папой в Лос-Анджелесе, я тебя отвезу.


* * *


Я не представляла, что мы с Сэмом сможем еще быть вместе, но той ночью, после того, как слова бабушки стали настойчивым негромким ритмом отзываться в моей голове, я встретилась с Сэмом в саду в полночь, безумно целовала, пока наши губы не опухли. Знал он или нет, но я нуждалась в отвлечении так же сильно, как в нем, и он не заставлял меня снова говорить о прошлом. Сэм запустил ладонь в мои трусики и смотрел на мое лицо, пока трогал меня там, сходя с ума от желания. Он довольно застонал, когда я к нему потянулась.

Я не знала, что происходило между нами, как все так быстро разрослось, и как это дальше развивать. Было неминуемо и глупо отдавать мое сердце вот так, позволять себе влюбиться в того, кого я никогда не увижу. Я тут же отогнала мысль.

Когда я говорила с мамой по утрам, я сообщала немного о том, как все проходило с Сэмом. И хоть она радовалась моим романтическим каникулам, я все еще не осмелилась сообщить ей, что потеряла с ним девственность, или что каждый раз при виде него в голове появлялось прекрасное и пугающее слово из шести букв.

Следующей ночью в саду ладони Сэма были на моем лице, а я хотела их ниже. Его руки скользили по моей груди, а я хотела ниже. Он нависал надо мной, но я хотела его в себе. Я хотела, чтобы он принадлежал мне и самой принадлежать ему, и ощущала себя немного дикой.

Когда я потянулась к его штанам, Сэм замер, его голос неуверенно шептал мне на ухо:

— Нам нужно остановиться.

— Я не хочу.

— И я не хочу, но и быть арестованным тоже.

— Просто… сделаем это быстро.

И мы кончили вместе за рядом деревьев. А потом, пока я смотрела на звезды, он повернул голову ко мне и сказал:

— Так безумно думать, что то, о чем я лишь воображал, может быть в реальности, — он обвел мои губы кончиком пальца. – Но потом я касаюсь тебя, и все фантазии оживают.

Я закрыла глаза, впервые за день, ощущая реальность.

— Ты не можешь так говорить.

Сэм приподнялся на локте, его волосы были растрепаны моими руками, губы опухли.

— Почему?

— Потому что будет сложнее, когда мы разъедемся по домам.

Сэм молча смотрел на меня, отчасти изумленно и отчасти нечитаемо.

— Когда ты будешь это вспоминать, — начала я, уже слыша нелогичность в голосе, — ты будешь помнить просто секс с девушкой в Лондоне?

Сэм рассмеялся и ответил:

— Нет, — он поцеловал меня снова, — если бы я захотел, то мог бы просто переспать с любой девушкой в Лондоне. Я уже говорил, что буду тебя навещать. Мне нравится быть с тобой, даже когда мы одеты. Это я и имел в виду, говоря про фантазии.

Я отодвинулась и посмотрела на Сэма, не понимая, почему от этого становилось лишь печальнее. Что бы ни говорило влюбленное сердце, была ли у нас надежда на длительные отношения? Другие женщины заметят его заботливую натуру, и я уже каждую из них ненавидела. Какой бы ни была большой Сонома после Герневилля, там не будет никого, похожего на Сэма.

Мы встали, мои ноги ослабли. Я устала физически и эмоционально, могла уснуть, стоя на ногах. В лифте Сэм притянул меня к груди.

— Твой папа знает, что ты поступила в колледж?

— Не думаю, — сказала я. – Я не знаю, часто ли мама с ним общается, но она точно не рассказывает ему всего.

— Так ты, действительно, никак с ним не общаешься? – спросил Сэм.

Я прижала палец к его шраму.

— Он присылает подарки на Рождество. Что-нибудь из техники. Он ничего не пишет, или бабушка забирает его записки. Потому что там всегда ярлычок с ее почерком: «Тейт от Яна».

— Но не деньги? Он миллиардер, и… — Сэм притих, уголки рта приподнялись в виноватой улыбке. Не нужно отличаться особым вниманием, чтобы заметить, как бабушка считала деньги. Ян Батлер был миллиардером, но не мы.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже