Толком поесть мне не дали, подошедший слуга что-то шепнул на ухо синьору Капулетти и тот поспешно покинул стол, а следом за ним, независимо от степени сытости, вынуждены были подняться и мы все. Да уж, теперь я очень хорошо понимаю, почему аристократки все такие тощие да бледные были, они же банально недоедали! Нет, я в таких условиях жить не согласна, нужно срочно возвращаться домой, пока меня ещё ноги держат и голодные обмороки не происходят. Я глубоко вздохнула, взглядом прощаясь с остатками мяса у себя на тарелке, и тут же возмущённо распахнула глаза. Опалов, который толком поесть тоже не успел, больше налегая на вино, кивком головы указал слуге на большое блюдо с массной и сырной нарезкой, а потом ещё и на бутылку вина. Так, стоп, я тоже так хочу!
- Братец, будь так любезен, проводи меня до покоев, - сладеньким голосом пропела я, - мне бы хотелось обсудить с тобой подготовку к сегодняшнему вечеру. Я так волнуюсь, это ведь, - я запнулась, не рискуя называть этот бал первым, - такой важный бал, он так много значит для меня!
Не знаю и гадать не берусь понял мой манёвр Александр или нет, но в кои-то веки раз вредничать не стал и даже слуге приказал отнести еду и вино ко мне, а не в свои покои. Хм, стоит признать, что резкая смена обстановки пошла нашему театральному Казанове на пользу. Кстати, ещё один плюс того, что Опалов пошёл вместе со мной: он меня до моей комнаты проводил! Признаюсь честно, самостоятельно я бы дорогу нашла не сразу, не запомнила, через какие залы и коридоры мы с кормилицей шли на завтрак.
Путь до моих владений прошёл в полном молчании. Александр, конечно, бросал на меня красноречивые и отнюдь не дружелюбные взгляды, но присутствие рядом слуги сдерживало его ругательный пыл. И правильно, нам сейчас совершенно точно не нужно привлекать к себе внимание и так по краю балансируем, ведь знаем лишь основную канву сюжета, а мелочи вроде тонкостей отношений в семействе Капулетти приходится постигать самостоятельно. Эх, знала бы я, что меня однажды в трагедию Шекспира занесёт, вызубрила бы всё, что только можно обнаружить о Вероне, Ромео, Джульетте и даже самом Уильяме Шекспире! Я раздражённо вздохнула и тут же поймала удивлённый взгляд слуги. Пришлось изобразить, что ножку подвернула, заодно и мужчины шаг сбавили, а то неслись вперёд, словно у них, простите, папироска в штаны упала и её нужно срочно вытащить, пока пожар не случился.
- Прошу, - слуга низко поклонился, предупредительно распахивая перед нами дверь.
Каюсь, опасалась, что Опалов ломанётся в комнату первым, он вообще редко заморачивается этикетом, искренне убеждённый, что этот мир вертится исключительно для него, но Александр снова меня приятно удивил, отошёл на шаг, освобождая мне путь, ещё и процедил сквозь зубы:
- Входи, сестрёнка.
Оу, какие мы вежливые. Что ж, теперь мой черёд демонстрировать благовоспитанность. Я сдержанно улыбнулась, потупив очи долу, быстрой скороговоркой выпалила благодарность, не желая злоупотреблять такой неожиданной добротой, и юркнула в комнату, едва не зацепившись за что-то юбкой. Следом за мной вальяжно, точно это были его владения, не вошёл, прошествовал, Александр, плюхнулся в кресло, едва не раздавив дремлющего там Яра, и небрежно махнул рукой мнущемуся на пороге слуге.
- Поставь всё сюда и оставь нас.
Раскомандовался! Я подхватила Яра на руки, потёрлась щекой о его пушистую мордочку, спросила негромко, чтобы никто не услышал:
- Тебя кормили?
- Да, - так же тихо ответил Яр, сосредоточенно принюхиваясь и нервно дёргая хвостом. – Значит, его тоже сюда перебросило.
Я удивлённо вскинула брови, не сразу сообразив, о ком говорит Ярополк. Ах, да, несравненный (как он сам полагает), Александр Опалов тоже переместился в знаменитую трагедию. Интересно, он ещё не сообразил, что его персонаж умрёт одним из первых? Или надеется, что до кровавой развязки не дойдёт?
Слуга бесшумно поставил еду и вино на стол, отвесил низкий поклон, ни к кому конкретно не обращаясь, и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Пару минут мы напряжённо прислушивались, наконец, Яр дёрнул ухом и негромко заметил:
- Он ушёл.
- Кто здесь?! – вскинулся Опалов, словно ему петарду сунули под мягкое место, коим он весьма гордится (и которое успешно заменяет голову).
- Ты о чём? – я удивлённо похлопала глазами и даже соизволила изобразить беспокойство. – Что с тобой, братец, уж не заболел ли ты?
- Дуру-то из себя не строй, я и так по поводу твоего интеллекта не обольщаюсь, - огрызнулся Александр, разом перечеркнув всё то доброе, что уже успел сделать.
Я уже собиралась ответить что-нибудь убийственно колкое, что разом сбросило бы корону с венценосной головушки, но Ярополк меня опередил. Мой ненаглядный бросился на мою защиту с пылом легендарного Ланселота, чьи отвага, благородство и изящество стали эталоном для многих поколений рыцарей.
- Ваша грубость, сударь, не делает вам чести.