— Отдавать в чужие руки технологию плазмы и гиперперехода? — удивилась Ольга. — В правлении не сошли с ума?
— Не бойся, — засмеялась Люда, — к блокам генератора перехода и плазмы не будет доступа, а любая попытка их вскрыть окончится плохо: вместо дископлана останется никому не нужный хлам.
— Ты счастлива? — спросила ее Ольга.
— Ну ты и спросила, подруга! — удивилась Люда. — Я сама давно не задавалась таким вопросом. Вот отец точно счастлив. Дочь стала крутым менеджером и заменила ему сына, а молодая жена скоро родит ребенка. А я пока могу сказать, что довольна работой и материальной стороной жизни. Друзьями, кроме вас и наших студентов, не обзавелась, но вы появляетесь редко, а у них учеба и свои семьи. А с мужем плохо: пока никого нет даже в проекте. Несколько раз пыталась, но все не то. Ничего: какие мои годы!
— Ну что, девушки, — обратилась Ольга к сестрам. — Что-нибудь поняли?
— Я — ничего, — помотала головой Ольма. — Давайте лучше посмотрим мультик.
— Вы были правы, — призналась Лона. — Я тоже поняла очень мало, но хоть посидела с вами.
В небольшом кабинете, заставленном тяжелой старинной мебелью, беседовали двое. Они сидели за письменным столом на мягких стульях с высокими спинками и в перерывах между репликами затягивались сигарами. Хоть эти двое было стопроцентными англичанами, обсуждались типично русские вопросы: кто виноват и что делать. Первый вопрос они уже обсудили и сейчас перешли ко второму. Нам неизвестны их имена, поэтому джентльмена с густыми седыми усами будем называть усатым, а того, который сильно облысел, — лысым. Это не слишком уважительно по отношению к порядочным людям, но собравшимся за этим столом было незнакомо такое понятие, как порядочность.
— Развал США — дело нескольких месяцев, — говорил усатый. — Мы попытаемся перехватить часть их вооружений, но из-за этой сволочи Берри Уайта и его сокращений там уже мало что осталось. И Джон Кокс ничем не лучше!
— Вы к ним несправедливы, — возразил лысый. — Армия разваливалась на глазах, и ситуация с флотом была не лучше. Если бы они не пошли по пути сокращений, не осталось бы и того, что есть сейчас. Авианосцы нам не нужны, тем более без палубной авиации, которой на них уже нет, а вот три подводных лодки с баллистическими ракетами нам должны перегнать. Остальное проблематично. Сейчас просто трудно предположить, что там будет творится.
— Ладно, перейдем от Америки к Европе, — сказал усатый. — НАТО мертво, а в Европе нет силы, которая могла бы противостоять русским. Есть Китай, но он нацелился не на север, а на юг. И что мы имеем?
— Советский Союз тоже не могли победить в лоб, — заметил лысый, — но стоило только поработать с частью его элиты, и он рухнул сам. Сейчас нужно применить что-нибудь подобное. Президент не пойдет на уступки. Он окружил себя преданными людьми и почти не вылетает в другие страны, а если это делает, то под охраной космолетов. А на месте прибытия охраняют так, что даже смертник не подберется.
— Он не идиот, чтобы идти на уступки, если через десять лет Россия во всех отношениях станет первой державой мира, — сказал усатый, — но ему осталось быть у власти только год.
— Президента переизберут на второй срок, — сказал лысый, выпустив к высокому потолку клуб дыма. — Его не слишком любят, но признают заслуги. К тому же в России нет ни одной достаточно популярной и не скомпрометировавшей себя фигуры, и мы не успеем приготовить такую фигуру за год. В случае с Советским Союзом людей готовили лет десять. А после его второго срока президентом станет Ковалева. Мои аналитики единогласно утверждают, что это уже решенный вопрос. Ей не просто доверяют, ее любит восемьдесят процентов населения. И по мере роста их успехов и увеличения числа целителей это число будет только расти. А после ее прихода к власти, нам останется смириться с новым мировым порядком.
— Значит, ее нужно убрать! — заявил усатый. — А заодно попробовать то же сделать с президентом и подыскать им замену. И чем быстрее мы это сделаем, тем будет лучше! Сейчас в России в высших эшелонах власти на все ключевые места ставятся такие люди, что приход президента вроде Ельцина мало что изменит. Если он начнет разваливать армию и проводить разрушительную политику, они его сами уберут. Устроить инфаркт — плевое дело.