– Только то, что имел ранее! Постой, Нина, не спеши меня перебивать, – он предупреждающе поднял руку. – Поверь, я тоже не горю желанием жениться. Но ещё меньше я хочу ссориться с отцом. Мне нужен мир в доме. Думаю, как и тебе. Поэтому сейчас со счастливыми, – я повторяю, со счастливыми, – улыбками мы пройдем в кабинет, где нас ждут родители и объявим о нашей помолвке. Скажем, что любим друг друга и не можем больше скрывать свои чувства.
– Это абсурд… Сумасшествие…
Нина отказывалась поверить в происходящее. И ей совсем не нравилось то, что предлагает Макс. Вернее…
Вернее, в глубине души она мечтала услышать его предложение о браке. Она любила этого человека и хотела быть с ним. Но не такой ценой. Она уважает себя, и не допустит, чтобы её повели к «алтарю» только из чувства долга. Никогда!
Макс быстро подошёл к ней, схватил её за плечи и хорошенько встряхнул:
– Нина, ты можешь спокойно выслушать меня до конца?!
– Да….
– Тогда слушай! Мы объявим о помолвке, я через две недели улетаю в Рим, у меня там появились дела, а по возращению в Москву мы скажем, что ошиблись, что поторопились и разорвем помолвку! Никто тебя не потащит в ЗАГС!
Он точно прочитал её мысли. Нина смотрела на него широко открытыми глазами. В том, что он говорил, был здравый смысл.
И она медленно кивнула.
– Это выход из сложившейся ситуации.
– Я говорю о том же. Так ты согласна?
– Да.
В глазах Макса промелькнула тень, но Нина была слишком занята собой, чтобы замечать, что творится с окружающими. Ей требовалось окончательно прийти в себя перед встречей с Еленой. Она подозревала, что мать захочет знать мельчайшие подробности, но перед этим им предстоит выдержать её суровый взгляд.
Нина не помнила разговор с Еленой и Луиджи.
Макс опередил их негодующие речи, и как только они вошли в кабинет, сразу же завладел ситуацией и объявил о помолвке. Стоило, пожалуй, видеть удивленные лица Елены и Луиджи. Если у Елены и возникли какие-то подозрения, то она тактично промолчала. Луиджи не скрывал своей радости и сразу же потребовал назвать дату свадьбы. На что Макс рассмеялся и сообщил, что они не собираются спешить со столь знаменательным событием. Он так же попросил ничего не сообщать гостям. Когда придет время, они организуют вечер и сами обо всем объявят.
На том и порешили.
Нина в большинстве молчала, говорила, когда её спрашивали. Она не любила лгать, тем более, ей было неприятно разыгрывать комедию перед близкими людьми. Но другого выбора не было. Своим безрассудным, необдуманным поведением она загнала себя в угол. Надо было думать о последствиях раньше, а она поддалась низменным желаниям, за что теперь и расплачивалась.
Счастливые родители вернулись к гостям, а молодые люди снова остались одни. Нина подошла к окну и прислонилась лбом к стеклу. Её плечи поникли, и вся хрупкая фигурка выражала полное отчаяние. Ей хотелось побыть одной.
– Макс, уйди, – попросила она, когда услышала его мягкие шаги по ковру.
– Нет.
Тон его голоса не терпел возражений.
Мало того, он подошёл к ней и обнял за талию.
У девушки не было сил сопротивляться, и она устало прислонилась спиной к его груди.
– Тебя ждет Жанна, – устало напомнила она. – Как теперь ты будешь объясняться со своей подругой?
– Тебя не должно это волновать! – яростно рыкнул он, сильнее сжимая её. – Жанна – подруга моего приятеля. Он уехал. Попросил её развлечь. Всё. Между нами ничего нет и не может быть. А ты … На тебе лица нет, ты очень бледная. Нина, – позвал он и после небольшой паузы продолжил: – Неужели тебе так неприятна сама мысль о браке со мной, что ты тотчас же начала изводить себя?
– Я не хочу об этом говорить, – честно призналась девушка и почувствовала, что слезы наворачиваются на глаза. Ещё не хватало расплакаться перед Максом! Сейчас, под воздействием обстоятельств, она опасалась, что не выдержит и расскажет Максу всю правду – что любит его и что не может жить без него. А что услышит в ответ? Циничный смех? Нет, этого она не выдержит. Это окончательно сломит её! А она должна быть сильной.
Потому что привыкла.
Она обязательно найдет в себе силы и выдержит предстоящее испытание в виде фиктивной помолвки. К тому же, Макс обещал, что она продлится недолго. За время их знакомства одно она уяснила точно – Макс всегда держит слово.
– А у меня, напротив, очень много вопросов, – неожиданно пальцы Массимильано сжали плечи девушки сильнее. Она не стала делать замечания, хотя и опасалась, что завтра на них появятся синяки. – Я тебя не узнаю, и у меня есть все подозрения считать, что у тебя появился мужчина. Нина, лучше скажи сразу. Я же узнаю. Хуже будет… Тебе…Тебе ничего не сделаю, если только ты мне не изменила. Ему башку оторву.
Опять – двадцать пять. Он снова вернулся к тому разговору на яхте. Нина сначала подумала, что он шутит, говорит не всерьез, и не придала его словам значения.
Из женского упрямства, из некого желания сделать больно человеку, из-за которого она теперь страдала, Нина негромко ответила:
– А если и так?