Сама она была, должно быть, отменно хороша в тот день: она всегда любила эти великолепные праздники с гвардейскими полками, пушечной стрельбой и колокольным звоном.
И сейчас лицо ее горит от возбуждения, глаза широко распахнуты, она в своей вышине, одинокая, плывет, как фрегат под парусом, но – не спешит, движется медленно и разумно, чтобы за ней могла поспеть страна, которую она любила.
И многое ей удалось.
При ней вырос целый слой культурных людей, которые ощущали себя гражданами своей страны, думающими о ней и готовыми к ответственным поступкам. Вспомним ее великих сотрудников – губернатора Сиверса, генерала Григория Орлова, педагога Бецкого, писателя Радищева и многих-многих других. Вокруг каждого из них образовался свой круг единомышленников. Круг этот иногда оказывался неожиданно широк – вспомним хотя бы дворянство губернских городов Сибири, радостно встречавших ссыльного Радищева; напомню губернаторов, охотно превращавших эти встречи в общий праздник. То были ростки нового общества.
Конечно, нового человека как общенародное явление никому еще вырастить не удалось, да и вряд ли это возможно – тут нужны столетия, – но начало было положено. Положено именно Екатериной. Хотя «модернизация» шла давно и непрерывно, начиная как минимум с царя Алексея Михайловича, однако носила она внешний характер: развитие промышленности, государственных учреждений, армии и флота, заимствование западных новшеств. Все это насаждалось сверху, властно и мало затрагивало человека, его мысли, чувства и отношение к окружающему. Даже наоборот – потеряв прежнюю культуру, россиянин не приобрел новой, а скорее впал в дикость.
Екатерина поняла главное: нужно просвещение, а не просто обучение навыкам и ремеслам, как было прежде. Чем бы она ни занималась – правом (особенно правом!), образованием, искусством, литературой, борьбой с эпидемиями, строительством городов, учреждений или заводов, – в центре ее внимания был человек. Ей удалось (хотя бы для тонкого слоя созданного ею культурного общества) постепенно вырастить людей, лишенных страха перед властью и способных на осознанные поступки в видах общей пользы. Она раскрепостила их сознание.