Читаем Экстаз полностью

– Я… – начал было я. Я был очарован этим голосом ведущей детской передачи, этим лицом маленькой девочки.

– Да? – спросила Рейко, глядя в мою сторону. Я чувствовал себя наэлектризованным до кончиков пальцев, как если бы втянул пять дорожек кокаина подряд. Как, интересно, должна была вести себя эта женщина, которая, казалось, живет, отрицая какую бы то ни было форму общения, в момент, когда ею овладевало желание? Я услышал слова Гана: «Это как коктейль из кокаина, экстази и бабок. Что бы ты там ни говорил, если девица – отпад, вся твоя жизнь – псу под хвост…»

– Вы знаете, почему господин Язаки стал бомжом? – спросил я.

Рейко долго смотрела на меня в упор, совершенно невозмутимо, затем ее взгляд обратился на пустой бокал, стоявший на столе. Она не выказала ни малейшей эмоции, но в то же время от нее исходила такая энергия, что я боялся, как бы бокал, стоявший перед ней, не разлетелся на куски. Хотя в этой силе не было ничего сверхъестественного и во взгляде не чувствовалось никакого особого напряжения. Эта была просто концентрация. Рейко умела собрать всю энергию своего сознания в один пучок, столь же стремительный, как луч лазера.

– Я… – Рейко запиналась на каждом слоге, который произносила – …не знаю, что за человек…

Она остановилась и посмотрела на свой бокал.

– …Мэтр, но…

Бокал.

«…Рано или поздно, но даже этого мне будет вполне достаточно», – говорил Мэтр…

Пустой бокал.

– Не знаю, ничего уже не знаю.

Крутя ножку бокала для коктейля, по дну которого перекатывалась капля водки.

– Я уже не знаю, кто я, и нет никаких причин, чтобы я понимала то, что происходит с другими.

Все так же теребя ножку бокала.

– Идиоты, которые думают, что все поняли, лишь засоряют землю своим присутствием.

Пальцы Рейко.

– Это людишки, не способные переносить страх.

Тонкие, сильные пальцы.

– И все же еще столько всего, что надо было бы понять.

Пальцы перестали шевелиться. Эти пальцы были гладкими, но твердыми, столь тонкими, длинными, столь нежными и в то же время шершавыми, что они должны были быть горько-сладкими на вкус, когда ты их сосешь, но они никогда бы не вызвали ни малейшего возбуждения, залезая к вам в рот. Я никогда еще не встречал подобной изогнутости. Белизна их резала глаза, при этом они были такие золотистые, загорелые. Ногти были длинные и казались прочными, но на самом деле, скорее всего, были хрупкими и ломкими. Линии ногтей неправильные. От этого создавалось впечатление, что пытка, должно быть, просто невыносима. Я видел, как вырывают ногти, как они медленно скользят из-под кожи. Две эти картины смешались у меня в мозгу. Мне казалось, что я вижу, как незаметно дышит полумесяц кутикул, наступающих на ноготь, вдыхающих, выдыхающих и умирающих на ногте. Каждая морщинка этих пальцев отвергала стыд и в то же время была покрыта стыдом. Глядя на пальцы Рейко, я в конце концов забыл, на что смотрел, я уже не мог сказать, были ли они белыми, составляли ли они часть тела. Само слово «палец» как будто повисло в воздухе. Это были просто отдельные органы. Вот какая картина застыла у меня в голове. Я никогда еще не видел пальцев, подобных этим. В сравнении с пальцами Кейко Катаоки, столь совершенными, столь тонкими и удлиненными, столь реальными, пальцы Рейко казались абстрактными, как запах, изображенный на полотне. Они вызывали у меня тошноту, настолько внушительной была сила возбуждения, исходившая от них. Я вздрогнул, представив себе на мгновение, как они цепляются за что-нибудь в порыве желания, поскольку тут же ощутил волю, которая при этом высвобождалась.

Пальцы Рейко.

Язаки освободил эти пальцы, пальцы, на концах которых находилась Рейко.

– Тебе необходимо понять собственную реакцию. – Рейко посмотрела на меня. – Ты должен уметь предвидеть свою реакцию, если этот парень тебе скажет, например…

Я опустил глаза.

«Если, например, кто-нибудь скажет тебе что-либо, как ты отреагируешь? Тебе нужно понять только это. Наши реакции – суть всего. Поскольку твоя реакция на ту или иную ситуацию полностью характеризует тебя!» – часто повторял Мэтр. Я не знаю, почему он стал бомжом. Я знаю лишь, что это человек, который ничего и никогда не делает против собственной воли. Я думаю, что он мог стать бомжом в ответ на что-нибудь. Я не могла бы сказать, на что, и мне все равно, кто он – бомж или чистильщик обуви, лишь бы жизнь его была вне опасности.

Перейти на страницу:

Все книги серии Меланхолия(Мураками)

Похожие книги

Апостолы игры
Апостолы игры

Баскетбол. Игра способна объединить всех – бандита и полицейского, наркомана и священника, грузчика и бизнесмена, гастарбайтера и чиновника. Игра объединит кого угодно. Особенно в Литве, где баскетбол – не просто игра. Религия. Символ веры. И если вере, пошатнувшейся после сенсационного проигрыша на домашнем чемпионате, нужна поддержка, нужны апостолы – кто может стать ими? Да, в общем-то, кто угодно. Собранная из ныне далёких от профессионального баскетбола бывших звёзд дворовых площадок команда Литвы отправляется на турнир в Венесуэлу, чтобы добыть для страны путёвку на Олимпиаду–2012. Но каждый, хоть раз выходивший с мячом на паркет, знает – главная победа в игре одерживается не над соперником. Главную победу каждый одерживает над собой, и очень часто это не имеет ничего общего с баскетболом. На первый взгляд. В тексте присутствует ненормативная лексика и сцены, рассчитанные на взрослую аудиторию. Содержит нецензурную брань.

Тарас Шакнуров

Контркультура