Читаем Элитология Платона полностью

Платон действительно и по времени, и по внесенному им вкладу в развитие данной науки, является самым авторитетнейшим патриархом элитологии. Можно даже с известной натяжкой утверждать, что именно он и является ее создателем. Платон писал «элитарным стилем», писал об элите и исключительно для самой элиты. Поэтому он самый элитарный писатель всех времен и народов. Его можно сравнить разве что с Библией, которая изначально тоже создавалась богоизбранным народом, исключительно только для одного этого «читающего» народа. Отличие Платона от Ветхого Завета — персоналистическое, а не этническое. И если бы не апостол Павел, Библия никогда бы не стала даже в сравнение с его гением. Христианство нарушило монополию Платона, до известной степени подчинив себе его идеи. Но и при этом Платон остался Платоном и христианское богословие так и не смогло его полностью преодолеть – он оказался слишком велик и для нее. Однако то, что с легкостью было усвоено самим христианским учением, было непосредственно связано именно с элитологическими воззрениями Философа.

В настоящем исследовании мы впервые в истории философии попытались рассматривать философию Платона через анализ его элитологических идей, органически включив их в общую систему его философии, как один из ее основных разделов. Сами произведения Платона помогают нам собрать и свести воедино разбросанные в них элитологические идеи. То, чего не смог или не захотел по каким-либо причинам сделать их автор, может и просто обязана осуществить современная элитология для своего же собственного авторитета. Такая собранная и отсистематизированная элитология Платона будет служить надежным теоретическим источником по ряду самых важных ее направлений, в числе которых можно назвать такие, как этические воззрения элиты духа, элитарная педагогика, проблемы элитарного сознания и познания и, наконец, элитоперсонализм.

Во всяком случае, сегодня мы смело можем утверждать, что Платон, несомненно, имел в виду все эти элитологические нормы, когда создавал в тиши Академии свои произведения. Не может быть, чтобы они могли случайно попасть на страницы его диалогов. Такое утверждение было бы столь фантастично и невероятно, что его не стоит даже и принимать во внимание. Живя в старинной аристократической семье, нельзя, хотя бы даже на психологическом уровне, не усвоить ее родовые духовные ценности и традиции. Платон действительно является самым ярким выразителем идеологии античной аттической аристократии, ценности которой, благодаря именно его философской деятельности приобрели интернациональный характер, стали вневременными. Об античном аристократизме (aristokratos) можно говорить, как об особом типе мировоззрения, из которого вышла сама философия. Поэтому элитология и философия античности особенно близки и по своему содержанию, и по совместной истории их развития и становления. Философия могла действительно родиться только в элитарных умах и сама элитология есть своего рода философское осмысление этого природного элитизма, природной неповторимости.

Влияние идеологии афинской аристократии на философию избранности Платона и обратное движение мысли — роль элитологии Платона в формировании мировоззрения родовой аристократии последующих эпох — тема, которая еще нуждается в своем научном принципиальном разрешении. К проблемам, которые тоже необходимо решить в этой связи, следует отнести соотношение элитологии Платона с аналогичными концепциями последующих его последователей,начиная от Аристотеля и Сенеки и заканчивая Ф.Ницше и Н.Бердяевым; в стороне от исследователей остается и вопрос о том, насколько элитология Платона взаимосвязывается с остальными частями его философии, а так же рассмотреть вопросы, связанные с критикой этой философии Платона...

В 2073 году исполнится 2500 лет со дня рождения первого афинского академика Аристокла Кадридского, прозванного Платоном. Кости его давно уже истлели в земле его родной Эллады, но сознание, отраженное в его философии, продолжает жить в сердцах философов всего мира. Персонализация подобной силы — явление крайне редкое и потому уже уникальное явление. Феномен Платона — феномен ярко выраженной гениальности, создающей вокруг себя пространство, заполняемое носителями элитарного сознания, никогда полностью изучен не будет, ибо его ум и сегодня превосходит своим потенциалом и своей глубиной умы его многочисленных исследователей вместе взятых. И если Платон не перевернулся еще в своем гробу от этой моей монографии, значит она пришлась ему по душе...


сентябрь 1997 года

Астрахань

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Биографии и Мемуары