Читаем Эмигрантка. История преодоления полностью

Правда, жизнь внесла свои коррективы. Я действительно шла по церковному проходу, но сопровождал меня отчим, потому что папа умер почти двадцать лет назад; этого я никак не могла предугадать. В церкви были наши родители, брат Давида, моя тетя, несколько друзей и, конечно же, моя дочь Катя. Платье я выбрала не совсем свадебное: кремовое, строгое, по фигуре (благо она снова позволяла), чуть ниже колена. Зато я впервые отважилась надеть длинную фату. Давид стоял перед алтарем и весь светился от радости. Моя тетя по традиции плакала: она делала это на всех моих свадьбах. Его мама тоже плакала: она не могла поверить, что ее сын все-таки встретил женщину, на которой захотел жениться. Краем глаза я заметила, что и Катя утирает слезы.

Священник спросил:

– Давид, согласен ли ты взять в жены Екатерину?

– Да, согласен.

– А ты, Екатерина, согласна ли ты взять в мужья Давида?

– Да, согласна! – У меня не было в этом никаких сомнений.

– Обменяйтесь кольцами. Жених может поцеловать невесту!

Давид поцеловал меня, и я ощутила себя бесконечно счастливой.

Сказки обычно заканчиваются на этом моменте: все преграды позади, и после свадьбы молодая чета будет жить долго и счастливо. Но любой взрослый человек, и я в том числе, прекрасно понимает, что именно потом начинаются настоящие проблемы. Однако я верила, что мы вместе с Давидом сможем преодолеть все. Потому что я впервые чувствовала: я не одна. И я знала, что так теперь будет всегда. Отныне и присно и во веки веков.

Заключение

Сказать, что писать эту книгу было сложно, – не сказать ничего. Выплескивать на бумагу все пережитое ужасно тяжело. Но, принимаясь за работу, я понимала, ради чего это делаю. Я написала ее не для того, чтобы вы меня пожалели, и тем более не для того, чтобы вы «поплакали вместе со мной» и купили мои следующие книги. Как вы знаете, весьма вероятно, что эта книга станет последней в моей карьере. По крайней мере я не планирую браться за перо в ближайшие годы, потому что мне с каждым разом все сложнее выворачивать душу наизнанку. А иначе – уж не знаю, к счастью или к несчастью, – ничего толкового не напишешь. Когда-то один мой знакомый сказал, что только страдая, можно создать настоящий шедевр. Я, конечно же, ни в коем случае не претендую на роль создательницы шедевров, но мне нравится писать искренне, откровенно, а это утомляет.

В настоящий момент я собираюсь посвятить себя новому проекту corapy.com, который включает в себя кулинарную и психологическую составляющие.

Что же до этой книги, то я не могла не поделиться с вами своей историей. И пусть вас не смущает название «Эмигрантка: история преодоления». Неважно, в какой стране вы живете: многие из вас, прочитав о моих злоключениях, наверняка вспомнят самих себя и решат воспротивиться обстоятельствам. Возможно, моя книга поможет вам осознать простую истину: в любой ситуации можно что-то изменить, даже если кажется, будто выхода нет. И может быть, вы вновь поверите в чудеса. Потому что они случаются лишь тогда, когда в них верят.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 знаменитых анархистов и революционеров
100 знаменитых анархистов и революционеров

«Благими намерениями вымощена дорога в ад» – эта фраза всплывает, когда задумываешься о судьбах пламенных революционеров. Их жизненный путь поучителен, ведь революции очень часто «пожирают своих детей», а постреволюционная действительность далеко не всегда соответствует предреволюционным мечтаниям. В этой книге представлены биографии 100 знаменитых революционеров и анархистов начиная с XVII столетия и заканчивая ныне здравствующими. Это гении и злодеи, авантюристы и романтики революции, великие идеологи, сформировавшие духовный облик нашего мира, пацифисты, исключавшие насилие над человеком даже во имя мнимой свободы, диктаторы, террористы… Они все хотели создать новый мир и нового человека. Но… «революцию готовят идеалисты, делают фанатики, а плодами ее пользуются негодяи», – сказал Бисмарк. История не раз подтверждала верность этого афоризма.

Виктор Анатольевич Савченко

Биографии и Мемуары / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное