— И ты полностью себя контролируешь и абсолютно уверен, что твоим детям с тобой безопасно? — не скрывая сомнений спросил Эйван. Новичок поражал своими заявлениями. Обычно он рассудителен, неприступно спокоен, молчалив и вечно чем-то занят. Сегодня же всеми любимого и такого удобного коллегу словно подменили. С пылающим азартом взглядом и решимостью в голосе он предстал перед Эйваном впервые.
— И помнится мне, ты из семьи со скандалом еще до моего появления ушел. Что у вас происходит? Меня зачем потащил с собой?
Эйван помнил этого побитого жизнью, что без слез не взглянешь, человека в баре. Выглядел он тогда абсолютно опустошенным и лишенным желания жить. И всему виной та самая женщина, к которой он направлялся.
Зато нынешний его облик вызывал зависть. Став оборотнем, Алиас облагородился и обрел какое-то особое очарование. Коснулся вечности, познал себя. И что-то задумал, в этом Эйван почему-то не сомневался.
— На всякий случай, — отозвался Алиас, соскочив с темы. — Если, как ты сказал, проблемы с самоконтролем возникнут или заиграюсь с малышней. Одернешь меня.
— Я тебя уже одергиваю! Очнись, ты совершаешь глупость.
— Но это моя глупость, не надо мешать мне ее совершать, — отмахнулся водитель. — Твори свою!
Эйван смотрел на пробегающие мимо заснеженные деревья, залитые солнечным светом. Хороший день мог бы быть…
— Да ладно тебе, все хорошо будет, — нарушил недовольное молчание Алиас. — А дети примут меня, все будет куда лучше, чем раньше. Я только сейчас начал жить полной жизнью! Ваше бессмертие вылечило мне несколько хронических болячек, которые сильно мешали. Тебе не понять, каково это жить с постоянной одышкой от малейших нагрузок. Я был очень рад, когда смог заниматься чем-либо без очков и не прерываясь на постоянные передышки.
— Тю.
— Сколько тебе было лет, когда взяли в стаю? Ты же на лицо молодой совсем. Вот и не знаком с проблемами со здоровьем.
— Тебя послушать — у нас не проклятие, связывающее с порталом, а санаторий с развлекательной программой.
— Так и есть. Свежий воздух, живописные места…
Эйван несогласно сморщил нос. Спорно.
Он с высоты прожитого смотрел на мир иначе. И разве он ходил с недовольным лицом?
— Поживешь с мое в этом, как ты сказал, «санатории», тогда и поговорим. Ты ни одного вторжения из мертвого мира не застал. А они там злые, давно лишившиеся разума падлы, которые думают лишь о том, как набить брюхо. Беурты собираются в стаи и нападают на портал, такое раз в несколько лет происходит. И тишина уже длится довольно долго, нужно быть наготове… — Эйван сделал паузу, задумавшись. Ведь он сам по сиюминутной слабости и любопытству впустил в мир три такие твари. Но те иномирные гады были разумны, оборотень такого раньше не встречал. Две из них до сих пор где-то ошиваются. Оставалось надеяться, что они не станут уничтожать все вокруг себя. Впрочем, для таких случаев есть изгоняющие. — Не сталкивался с полумагами-охотниками, а ведь с ними была кровопролитная война чуть больше века назад. Разве это срок? Они проиграли, ушли в подполье, но ведь рано или поздно попытаются напасть снова. Ты видел, как в наш лес приходят посторонние оборотни? Нет, проспал? Так вот, они как раз обеспокоены активностью полумагов. Кровная месть за павших предков, желание истребить все, что хоть как-то человечеству угрожает — охотники не собираются разбираться в вопросе. Что мы на самом деле титаны, бдящие за миром. Нечисть должна быть уничтожена — кодекс превыше всего… — Эйван не так часто сталкивался с изгоняющими, но тех редких встреч ему хватило, чтобы разобраться в вопросе. И сама Эльвира со своей стороны все по полочкам разложила. — С магами ты также не сталкивался. Они постоянно пытаются обойти законы мира и воспротивиться им тяжело, ведь они — ученики владыки, а ты всего лишь страж. Поверь, Алиас, ты попал сюда в очень тихое время, наслаждайся им. Так не всегда будет. И лучше, если те, кого ты любишь, будут как можно дальше от всего этого.
— Вот я этим и занимаюсь. Наслаждаюсь сиюминутными прекрасными моментами! — уверенно заявил товарищ.
«Упертый баран ты, Алиас».
Эйван опрокинул сидение и закрыл глаза, наслаждаясь шумом двигателя. Роль праведного моралиста оборотню совершенно не шла. Не ему, затащившему в лесное болото не одну душу, упрекать Алиаса. А вот предотвратить беду хотелось. Опыт подсказывал, что без проблем у новичка не обойдется.
Время в дороге пролетало незаметно, за это время Эйван выспался. Они подъезжали к Рихте. Эйван разомкнул веки, почувствовав под колесами ровную дорогу. Алиас хорошо знал город. Уверенно сворачивал по узким улицам плохо расчищенных дворов. У небольшого трехэтажного домика он припарковался и попросил подождать его в машине.
Эйван огляделся.
Невысокие кирпичные дома, из окон которых доносились сводящие с ума ароматы свежей выпечки, шум голосов, сплетенных в симфонию человеческого быта, казались оборотню чем-то прекрасным, но совершенно непривычным.