– Утащили, конечно, а то чего ты не как всё, особенный, что ли? – звонко отозвалась Клео. Кажется, её мать преподавала руны. Бойкая и весёлая дао опустилась на корточки, остальные расселись вокруг.
Эльвира стала свидетелем чего-то интересного, вряд ли бы изгоняющие потащились глубоко в парк, чтобы обсудить обыденную повседневность.
– А вот телефона жесть-латунь как не хватает, – вздохнул Лансик. – И не надо выискивать всех, чтобы договориться о встрече. Столько времени убиваем впустую.
– Мы и так его тут впустую просвистим, очевидно же, – проворчал Бардер, крупный тип с квадратным лицом и тяжёлым взглядом глубоко посаженных глаз. Из сумки, под восторженные возгласы, он осторожно достал упаковку хрустяшек-вкусняшек.
– А чипсы ты где достал? Их тут не найти!
– Не найдёт тот, кто не ищет, – гордо изрек тео. – А я стащил у препода. Они-то добывают себе всякое из внешнего мира, их за это не гоняют. Поэтому не оскудеет наш злобный Миодай.
– У Палеса спер, совсем с ума сошёл! – воскликнул Кукуха.
– От кого я это слышу, Кукушечка? – рассмеялся Бардер.
Конечно же, Кукуху звали совершенно не так, в журнале он значился как Азиль Брич, но кличка прицепилась к нему намертво. Не просто так.
– А что этот горилла тупой себе возомнил, когда устроил вчера нормативы после лекций? Ему не результаты нужны, он просто любит унижать безнаказанно. Заслужил, гнида первородная! Ещё сидит потом довольный и чипсы в одно рыло благородное точит. Новенькая вот молодец, первое же его занятие прогуляла, как чувствовала.
– Так, а что насчёт неё, будем рассматривать новенькую в наш клуб? Она может быть нам полезна.
– Кукуха, ну куда ты впереди локомотива несешься? Недели не прошло, как она пришла, надо понаблюдать. А то вдруг с нашим уродцем-основателем споется? Тогда ей строго-настрого нельзя знать о наших планах.
– Я чую родственную душу, – вздохнул Кукуха.
– Таких отбитых, как ты с Бардером, больше не найти! – отрезала Клео.
Ноги Эльвиры затекли, очень хотелось поменять позу, но она держалась, ведь если её обнаружат, то она не только не узнает, что за клуб основали первогодки, но и свои секреты выдаст. Левая рука до сих пор сильно болела, келпи содрал с неё большой участок кожи, и из-за этого рана никак не заживала. Требовалось много времени, чтобы кожный покров вырос вновь. А ещё рана постоянно гноилась, её приходилось обрабатывать. Именно из-за этого дао тренировки и пропускала.
Компания пустозвонила ещё долго, что не удивительно: на территории закрытого города мобильная связь была под строжайшим запретом, ведь всего лишь один телефон может выдать месторасположение академии. К счастью, ноутбуки не запрещали, если на них установлена только внутренняя сеть изгоняющих.
Эльвира от этого не потеряла, телефона у неё никогда не было, а вот бедняге Лансику пришлось тяжело, ведь он не расставался с любимой игрушкой до последнего, всю дорогу переписываясь с человеческой девушкой. Он зарыл телефон где-то во внешнем лесу. А выбраться из академии просто так нельзя.
Собирая по крупицам информацию из дружеской беседы, Эльвира поняла, что как раз это изгоняющие и затеяли. Но ни один из них не имел доступа к магическому резерву, а без этого выйти как-то иначе, чем через главный ход, невозможно.
И Кукуха задумал пробраться в обитальню и заколоть одного из монстров, что там сидят. Как раз этим клуб сейчас и занимался: они продумывали план.
Естественно, Эльвире пока не получится втереться к ним в доверие, клуб будет осторожничать, ведь если среди них окажется крыса – покарают всех без разбора. И, скорее всего, одним исключением с потерей привилегий дело не ограничится.
Да и Эльвире от них нужна была лишь информация, как можно выйти из города чёрным ходом.
Еле вытерпев, пока под надоедливый хруст чипсов друзья обсудят свои дела и разойдутся, Эльвира застонала, потягивая онемевшую ногу. Теперь она ждала, пока чувствительность вернётся. На выданных складом часах обозначался полдень.
– Мы сильно засиделись, пойдём быстрее!
Дни, которые Эльвире пришлось коротать в академии, постепенно становились привычными и похожими друг на друга. Такие же серые, как хмурое зимнее небо, как цвет волос изгоняющих.
Эпопеева успела разочароваться в качестве преподавания на уроках по рунам. Каннеида Теари после лекций давала проверочную работу по уже пройденной теме, и вот тут у изгоняющей полыхнуло чувство острой справедливости. Первую в своей жизни проверочную работу по рунам она оформила как положено: сохраняя все отступы, подробно описав изученные знаки и их комбинации. И даже придумала систему аккуратных сносок, чтобы иерархия текста читалась проще и понятнее.
Идеальная работа, одним словом.
Каннеида поставила жирную шесть из десяти.
В следующий раз изгоняющая действовала по накатанной, кое-как расписав тему по необходимым пунктам.
Семь из десяти.
Складывалось впечатление, что преподаватель работы учащихся не читал, ставил отметки по воле настроения, и Эльвира решила проверить это, добавив пару нецензурных слов.
Шесть из десяти.