Литературный успех и светская жизнь в столице создали иллюзию вседозволенности, хотя поэт очень быстро перешел ту грань, за которой начинается общественное порицание. В стихотворении он просит прощения за свои выходки и ему не приятна его репутация скандалиста: «…Прокатилась дурная слава, Что похабник я и скандалист…». Пытается оправдаться тем, что нарочно вел себя вызывающе: «…И похабничал я и скандалил Для того, чтобы ярче гореть…», напоминая, что в его душе жили не только демоны, но и ангелы: «…Но коль черти в душе гнездились – Значит, ангелы жили в ней…».
У Есенина весьма сложные отношения с религией, но он раскаивается в своих поступках и потому просит оставить его умирать под иконами: «…Положили меня в русской рубашке Под иконами умирать». А пока, у него действительно осталась одна забава, ведь общественное мнение изменить о себе уже невозможно, значит, нужно просто оставаться собой: «…Пальцы в рот – и веселый свист…».
Свищет ветер, серебряный ветер…
Биографы Сергея Есенина относят это стихотворение, созданное в октябре 1925 года к «зимнему» циклу. Для него характерна кольцевая структура – первые строчки в точности повторяются в конце произведения: «…Свищет ветер, серебряный ветер…». Образ цикла – это и извечная смена пор года в природе, и вся человеческая жизнь: мы приходим в этот мир неведомо откуда, проходим свой жизненный круг и неведомо куда уходим.
Автор анализирует свою жизнь, наблюдая за погодой в окошке: «…В шелковом шелесте снежного шума…» и признается сам себе, что раньше рассуждал по-другому: «…Так я еще никогда не думал…». Здесь сюжетная зарисовка природы – душевное состояние самого Есенина. Ветер – означает перемены, что-то поменялось в его сознании. И он признается, что ни о чем не жалеет и не грустит: «…Я не жалею, и я не печален…», более того, он говорит, что ему нравится такая жизнь: «…Мне все равно эта жизнь полюбилась, Так полюбилась, как будто вначале…».
Финальная часть стихотворения наполнена смиренным пониманием этой жизни: «…Жить нужно легче, жить нужно проще, Все принимая, что есть на свете…», принятием всего, что в ней происходит.
Я помню, любимая, помню…
Стихотворение из позднего периода творчества Есенина и посвящено актрисе Августе Миклашевской. Их связывали исключительно платонические отношения, по признанию самой Миклашевской, много лет спустя. Но влюбчивую и порывистую натуру поэта это не смущало, как и то, что сам он на тот момент был супругом Айседоры Дункан. Любимчик женщин, он менял их так часто, что даже его биографы сейчас называют примерное количество всех возлюбленных автора.