— Ты не была у меня три дня, — пожаловался он.
— Я работала, — сказала я, присаживаясь рядом с ним. — Но это было здорово. За следующие две недели я собираюсь заработать много денег. Затем у нас с тобой все будет хорошо, ладушки?
Я сжала его руку.
— Мама навещала тебя? — спросила я.
— Нет, — сказал Томми. — Ее не было дольше, чем тебя.
— Что ж, в конце концов, она появится. Она всегда так делает. И когда она будет здесь, просто убедись, что ты не упоминаешь ничего о деньгах, — сказала я.
Томми кивнул мне торжествующе. Мы оба научились все держать в секрете на своем горьком опыте.
Когда я вернулась в апартаменты, Джеймса все еще не было, и я даже на минуту растерялась, не найдя его. Потом я направилась в свою комнату, нервно выбирая среди одежды то, что мне стоит одеть на плотный ужин с чаем. Что-то в этом мероприятии пугало меня до чертиков. Во-первых, я никогда не бывала на таком собрании. Я даже не думала, что люди в США занимаются этим.
Во-вторых, я знала разницу между вилкой для салата и столовой вилкой, но речь не об этом. Если и существовали какие-то определенные правила этикета для этого мероприятия, то я об этом ничего не знала. Я надеялась, что Иви и Миссис Престон не заметят этого, но они, вероятнее всего, обязательно заметят.
В-третьих, там не будет Джеймса.
В-четвертых, его не было здесь прямо сейчас, и это тоже была проблема.
Я вздохнула, жалея, что не могу оказаться в его голове. Если он чувствовал то же самое, что и я ощущала между нами, тогда почему же он не пытался заявить на меня права прошлой ночью?
В то же время, я была рада тому, что мы не переспали. Если бы к тому, что происходит между нами, добавился еще и секс, то все стало бы точно намного сложнее. Или, может быть, как раз все наоборот, он неожиданно оказался бы для меня подобно любому из моих Джонов. Честно говоря, я не знала, какой вариант я боялась больше.
Я не могла решить, что надеть, поэтому стала на одежде смотреть на этикетки. Я бы надела все, что было наиболее подходящим
Джеймс так и не вернулся к тому времени, когда мне уже надо было уходить. Я, наверное, уже в сотый раз проверила свой телефон, но никаких сообщений от него так и не поступило.
Я повернулась и оглядела себя в зеркало. На мне была надета короткая юбка в цветочек и две белые блузки, одетые одна на другую. Для подчеркивания образа я надела несколько тонких золотых цепочек, на которых настаивала Елена, и которые смотрелись на мне очень стильно. Последним элементом моей одежды стали женские сандалии с обвивающими ногу ремешками, которые, вероятно, стоили больше, чем все мои покупки в магазине, совершенные в течение пяти месяцев. Я схватила огромную дизайнерскую сумку-ведро и очки-авиаторы, чтобы окончательно завершить мой образ.
Мой телефон издал сигнал, и я бросилась к нему, радуясь, что обо мне вспомнили, и я не одна. В конце концов, я не должна была стыдиться своего рвения.
Я приложила на секунду телефон к своему сердцу. Для меня его слова из сообщения ощущались так, словно он произнес их своим голосом, находясь рядом со мной.
Написала я ответ, как будто я тут только что совсем не волновалась, а оставалась нормальным и спокойным человеком.
Я снова приложила телефон к груди, потому что прямо сейчас я была сама не своя.
Вестибюль отеля «Imperial» был более впечатляющим, чем вестибюль «Stratum», и на меня это производило в высшей степени удушающее действие. Восточные ковры, картины маслом, хрустальные люстры подчеркивали исключительную роскошь места. Я не вписывалась сюда. Я чувствовала, как холодный ручеек пота бежал по моей спине, пока я шла в сторону ресторана.
Расстрельная команда уже ждала меня, одетая во все самое лучшее.
— Одри! — сказала Иви, быстро подойдя ко мне.
Она была одета в ярко-розовое платье-футляр, которое сильно обтягивало ее тело. Было очевидно, что Иви сидела на все-салато-и-пилатес-диетах, обычно предшествующие свадьбам, так как она была настолько тощая, что ее торчащие ключицы выглядели болезненно. Она вся была остроугольная с ослепительно белыми зубами.
Я улыбнулась ей, чувствуя себя неловко и настороженно.
— Вы волнуетесь? — спросила я. — Осталось всего несколько дней.
Она схватила меня за руку.
— Я так взволнована. Тод - это любовь всей моей жизни.
Она вглядывалась в мое лицо своими лазероподобными глазами.
— Конечно, я знаю, — солгала я.
— Вы идеально подходите друг другу, — продолжила я.