– Колоритный дяденька, – прошептала Ника, забираясь на ближайшую лавку. Столик находился у окна, через которое прекрасно просматривался весь двор. Грыгл хмыкнул.
– Жизнь его явно потрепала. Как думаешь, он был атаманом шайки или всего лишь рядовым татем?
– Как знать. Солидности хватает на четверых, – протянула девушка, заставив Малкольма и Цирциллу рассмеяться.
– Пойду пока вещи перенесу в наши комнаты, – поднялся тролль. Подхватив с сушилки свой плащ, он накинул его на плечи и вышел во двор.
– Как же здесь тепло, – довольно произнесла скрытница, потянувшись. Граф улыбнулся.
– В такую погоду даже самый суровый хозяин батрака не выгонит на улицу. А мы…
– А мы добровольно, еще и с песней, – ухмыльнулась чародейка. – Или не так?
Малкольм проглотил не сорвавшиеся с языка слова, закашлялся.
– Действительно. И где таких, как ты, язв берут?
– Где берут, там не возвращают, – Ника показала юноше язык и повернулась к окошку. Дождь, кажется, стих, лишь изредка одиночные капли барабанили в стекло. Девушка прижалась к нему носом, чувствуя, как холод проникает внутрь, подбирается все выше и выше…
– Ваш заказ, – Трактирщик составил с подноса четыре больших миски источающего аромат мясного рагу и четыре кружки эля. – Приятного аппетита!
– Спасибо, – поблагодарил Малкольм.
Стукнула дверь – вернулся Грыгл, с сумками, взял у пузатого Бо ключи и пошел наверх. Через пару минут он спустился вниз и сел рядом с Никой.
– Ну, за удачное начало путешествия! – провозгласил граф. Кружки столкнулись, принимая тост.
Потягивая эль, Ника оглядела зал. За соседним столом расположился какой-то тип в темной куртке с капюшоном. В дальнем углу сидела пара купцов, что-то оживленно обсуждавших и хлыщущих уже третий кувшин чего-то горячительного. Больше посетителей не было.
– Вот скажи мне, чародейка, в чем си…эм, смысл жизни? – спросил вдруг Малкольм. Ника пожала плечами.
– В потомках?
– Не-ет, – замотал головой захмелевший юноша. И выжидающе уставился на тролля.
– В поиске себя? – неуверенно предложил тот. Граф фыркнул.
– Да нет же!
– В прощении? – тихонько попробовала Цирцилла. Малкольм призадумался, потом стукнул рукой по столу.
– Нет, нет и нет! Чего вы меня путаете вообще? Нет его! Смысла жизни. Есть лишь сегодня, и то, как ты этот день проживешь, будешь ли жалеть о нем, или наоборот – преисполнишься счастьем. Во!
Его спутники ошарашенно переглянулись.
– Ты где такое услыхал? – полюбопытствовала Ника.
– Сам придумал, – скорчил обиженную гримасу аристократ.
– П…врешь, – убежденно заявила волшебница. – Слишком сложная мысль для такого балбеса, как ты.
– Ну вот, она меня не уважает, – окончательно уверился Малкольм. – Слышь, Цирцилла, покажи ей!
– Не буду, – улыбнулась скрытница. – Ника права.
– Бабский заговор! – восхитился граф. – Грыгл, башка ты моя каменная, что скажешь?
– Я – пас, – рассмеялся тролль. – Пойду, проветрюсь. И до ветру заодно схожу.
Юноша проводил товарища задумчивым взглядом, после чего вздохнул и допил остатки эля.
– Эх, даже друг меня кинул в обществе хитрых жен…ик…этих самых! Цирциллушка, Создатель, что за сложное имя, идем наверх, а?
Девушка отрицательно покачала головой, и между влюбленными завязался ожесточенный спор.
Время шло, а Грыгл все не возвращался. Ника начала беспокоиться, к тому же, за окном окончательно стемнело, небо прояснилось и дождь совсем прекратился.
– Друзья мои, вам не кажется, что нашего большого приятеля слишком долго нет?
Малкольм удивленно заморгал.
– А, и впрямь! А куда он делся?
– Вышел во двор, – пояснила Цирцилла. – Кажется, почти час назад.
– До-о-олго, – протянул граф. – Может, пойти помочь ему?
– Вы что, не слышали легенду о лесном владыке? – с тихим смешком заговорил путешественник за соседним столом.
– О чем это он? – не понял Малкольм.
– О повелителе леса! – незнакомец назидательно поднял палец вверх. – Глубоко в заросшей чаще обитает чудель страшный. Ликом он как дед столетний. Все к себе добычу тащит! Попадешься лишь в те сети – и не выбраться вовеки!
– Что за страшилка для детей? – фыркнул юноша.