– Помнишь, как ты недобрала один балл, чтобы пройти в институт по конкурсу, и думала, что провалилась? – спросила вдруг бабушка. – А через три дня вывесили дополнительные списки, в которых ты нашла свою фамилию. А помнишь, как твой дом собирались продать богатому инвестору, чтобы он переоборудовал его в гостиницу, а всех жильцов переселил в Бибирево? А потом вдруг, ни с того ни с сего, инвестор отказался от этого проекта и о выгодной покупке дома в центре Москвы «забыл»? А когда у тебя, прости за напоминание, не было денег на свадьбу и ты, разбирая антресоли, к собственному удивлению, нашла в старом цветочном горшке спрятанную пачку долларов?
– Да, – растерянно прошептала Маргарита, которой и в голову никогда не приходило, что кто-нибудь может знать о подобных событиях и тем более влиять на них. – Я думала, это была тайная заначка моей – бабушки. Той бабушки, другой, покойной…
Все это прозвучало ужасно глупо, и Маргоша предпочла замолчать. Если хоть на секунду задуматься, версия дурацкая – откуда у пенсионерки взялись лишние баксы? Но Марго тогда от радости ни о чем не задумалась.
– Да, это был подарок к твоей свадьбе от бабушки, только не от покойной бабушки, а от живой, – строго уточнила Маргарита Стефановна. – Мне твой жених, признаться, никогда не нравился, так себе молодой человек. Но свадьба есть свадьба. Я не могла допустить, чтобы мою единственную внучку выпихнули замуж кое-как, в подержанном платье из вторых рук…
У Маргоши в голове тут же запрыгали скептические мысли: неужели бабуля прокралась к ним в дом, залезла на антресоли, спрятала там в глубине темной полки в глиняном горшке деньги, которые могли бы не найтись и до сих пор? Ведь это чистая случайность, что Маргоша вспомнила об убранных туда в незапамятные времена горшках и решила посадить в них пару фиалок, хотя перед свадьбой было вовсе и не до пересадки цветов…
А бабушка рассказывала уже о чем-то совершенно непонятном:
– Ты с мужем три года назад отдыхала в Сочи. Помнишь? Вы собирались вылететь в Москву двадцать пятого августа. А с билетами на конец августа на юге традиционно дело швах. Вы чуть ли не с ночи стояли в очереди в кассу, а билетов вам все равно не хватило.
Действительно, Марго простояла с трех часов ночи до двенадцати дня, а потом какой-то толстый дядька бесцеремонно влез прямо перед ней и купил два последних билета на Москву. Пришлось трястись поездом, да еще и в плацкартном вагоне… Но откуда об этом известно бабушке? Неужели она тоже была тогда в Сочи где-то рядом с ними и даже не назвалась?
– А ты помнишь, что было двадцать пятого августа?
Да уж, такое забыть тяжело. Утром перед отъездом Марго решила последний раз сходить на пляж. Лежа на деревянном топчане, она смотрела, как в небе набирал высоту взлетевший с адлерского аэродрома самолет. Маргоша и сама предпочитала покидать курорт воздушным путем и теперь завидовала тем, кто оказался удачливее. Ей был хорошо знаком и всегда нравился этот момент расставания с Сочи, когда лайнер летит над морем вдоль берега и из иллюминаторов пассажирам как на картинке видны пляжи, и полоса Курортного проспекта с крошечными автомобильчиками, и кубики санаторных корпусов, и можно даже разглядеть свое бывшее окошко или балкон. А потом самолет поднимается все выше и выше, а оставшийся внизу город быстро тает в дымке…
Марго думала, что и она могла бы сейчас сидеть там, во вместительном брюхе «Ила», и любоваться на оставленный сочинский пейзаж, предвкушая скорую встречу с Москвой, но ей вот не повезло. Придется сесть в набитый людьми, шумный, грязноватый, прогретый южным солнцем вагон и неспешно двигаться по длинному пути, выматывающему силы и нервы.
И вдруг… самолет, уже успевший набрать высоту, на секунду замер и стал медленно-медленно падать в море. Казалось, время тоже замерло и падение это длится бесконечно. Маргоша приподнялась с топчана и, прикрывая глаза ладонью от слепящего солнца, с ужасом уставилась на самолет – ведь в нем были люди! И эти люди уже были обречены, и как им помочь, что сделать в эти секунды, никто не знал… Где-то вдалеке взмыл столб брызг и водяной пыли, и снова перед ней лишь синее, безмятежное море. Вокруг закричали, заметались, уже весь пляж вскочил на ноги, а Марго снова и совершенно отчетливо осознала, что вполне могла сейчас быть в самолете… То есть уже просто
– Вы хотите сказать, что каким-то образом вмешались в ход событий? – поинтересовалась она у бабушки.
– Именно, дорогая моя. У меня не было должной силы, чтобы предотвратить катастрофу и спасти всех этих несчастных, но остановить тебя, сделать так, чтобы ты не попала на обреченный рейс, я смогла.
– Но это же невозможно! – воскликнула Марго, в волнении отпив одним глотком полчашки остывшего чая.
– Очень даже возможно, просто тебе, дитя мое, это пока непонятно. Скажи, ты что, совсем не веришь в паранормальные способности некоторых личностей?