Читаем Федор Достоевский полностью

Начиная с 1845 года Федор Достоевский часто общался с В. Белинским и в скором времени начал посещать его литературно-философский кружок. Там он познакомился с И. С. Тургеневым, В. Ф. Одоевским, И. И. Панаевым. Совсем еще молодой писатель попал в избранный литературный круг, собравший действительно лучших людей того времени. Но, увы, пребывание его там было недолгим…

Войдя в кружок Белинского, Достоевский, по его позднейшему признанию, «страстно принял все учение» критика, включая его социалистические идеи. В конце 1845 года на вечере у Белинского молодой писатель читал главы повести «Двойник» (1846), над которой в тот момент работал. «Бедные люди» были восторженно отрецензированы Белинским и другими критиками. Они справедливо заметили генетическую связь «Бедных людей» с гоголевской «Шинелью», имея в виду и образ главного героя полунищего чиновника Макара Девушкина, восходивший к героям Гоголя, и широкое воздействие гоголевской поэтики на Достоевского. Сам писатель подчеркивал, что в романе сказалось и влияние пушкинского «Станционного смотрителя». Тема «маленького человека» и его трагедии нашла у Достоевского новые повороты, позволяющие уже в первом романе обнаружить важнейшие черты его творческой манеры: сосредоточенность на внутреннем мире героя, способность передавать неуловимые нюансы состояния действующих лиц, принцип исповедального самораскрытия характеров (не случайно для своего произведения писатель избрал форму «романа в письмах»). Разошедшийся сначала небольшим тиражом роман «Бедные люди» читающая петербургская публика приняла с восторгом.

«Ошеломленный неожиданным, блистательным первым своим шагом на литературном поприще и засыпанный похвалами компетентных людей в литературе», впечатлительный Достоевский сложно перенес свой триумф. Он очень гордился успехом первого романа и не считал нужным скрывать этого в обществе. А. Панаева в своих литературных воспоминаниях об этом периоде жизни Федора Михайловича писала: «…он не мог скрыть своей гордости перед другими молодыми литераторами, которые скромно вступали на это поприще со своими произведениями. С появлением молодых литераторов в кружке беда была попасть им на зубок, а Достоевский, как нарочно, давал к этому повод, показывая своей раздражительностью и высокомерным тоном, что он несравненно выше их по своему таланту. И пошли перемывать ему косточки, раздражать его самолюбие уколами в разговорах; особенно на это был мастер Тургенев – он нарочно втягивал в спор Достоевского и доводил его до высшей степени раздражения. Тот лез на стену и защищал с азартом иногда нелепые взгляды на вещи, которые сболтнул в горячности, а Тургенев их подхватывал и потешался…Достоевский заподозрил всех в зависти к его таланту и почти в каждом слове, сказанном без всякого умысла, находил, что желают умалить его произведение, нанести ему обиду; он приходил уже к нам с накипевшей злобой, придирался к словам, чтобы излить на завистников всю желчь, душившую его. Вместо того чтобы снисходительно смотреть на больного нервного человека, его еще сильнее раздражали насмешками. Достоевский претендовал и на Белинского за то, что он играет в преферанс, а не говорит с ним о его “Бедных людях”».

Молодой тщеславный писатель не только постоянно и где только можно говорил об успехе своего первого произведения, но даже и преувеличивал его. «Никогда, я думаю, слава моя не дойдет до такой апогеи, как теперь, – писал он брату Михаилу 1 февраля 1846 года. – Представь себе, что наши все и даже Белинский нашли, что я даже далеко ушел от Гоголя… Во мне находят новую оригинальную струю, состоящую в том, что я действую Анализом, а не Синтезом, т. е. иду в глубину и, разбирая по атомам, отыскиваю целое, Гоголь же берет прямо целое и оттого не так глубок, как я… У меня будущность преблистательная…» В том же году в еще одном письме брату Достоевский снова писал: «Всюду почтение неимоверное, любопытство насчет меня страшное. Я познакомился с бездною народа, самого порядочного. Князь Одоевский просит меня осчастливить своим посещением, а граф Соллогуб рвет на себе от отчаяния волосы. Панаев объявил ему, что есть талант, который их всех в грязь втопчет. Соллогуб обежал всех и, зашедши к Краевскому, вдруг спросил его: «Кто этот Достоевский? Где мне достать Достоевского?» Краевский, который никому в ус не дует и режет всех напропалую, отвечает ему, что «Достоевский не захочет вам сделать чести и осчастливить своим посещением…» Все меня принимают как чудо. Я не могу даже раскрыть рта, чтобы во всех углах не повторяли: Достоевский то-то хочет сделать. Белинский любит меня как нельзя более. Тургенев влюблен в меня…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Знаменитые люди планеты

Майкл Джексон
Майкл Джексон

Майкл Джексон был самой яркой и харизматичной звездой современности, гениальным музыкантом и танцором и вместе с тем загадочной и подчас весьма странной личностью. В последние годы его имя больше связывали со скандалами, нежели с музыкальными достижениями, но в истории поп-музыки он навсегда занял место в триумвирате великих кумиров рядом с Фрэнком Синатрой и Элвисом Пресли. Его неповторимый образ — черная фетровая шляпа и белая перчатка на правой руке, — его уникальный вклад в музыку и танец, а также крайне публичная личная жизнь сделали его центральной фигурой современной поп-культуры. Непростая судьба, характер законченного мизантропа, всем известные странности и причуды… Но, несмотря на самые грязные скандалы вокруг имени певца, на его болезненную экстравагантность, мир ценит Майкла Джексона за музыку, которую он создавал на протяжении последних четырех десятков лет.

Валентина Марковна Скляренко

Биографии и Мемуары / Документальное
Чингисхан
Чингисхан

На протяжении многих столетий личность Чингисхана привлекала внимание и историков, и простых людей. Все они стремились постичь загадку его возвышения и ту роль, которую он сыграл в мировой истории. Несмотря на все новые и новые открытия, связанные с той эпохой, загадок вокруг имени Великого завоевателя меньше не становится. Одна из самых главных – откуда же взялась столь могущественная сила, завоевавшая почти всю цивилизованную Восточную и Центральную Азию, значительную часть Ближнего Востока, а в дальнейшем и Восточную Европу? И что принесла она миру:одну лишь смерть и разорение, или еще и что-то другое? Ответы на эти вопросы кроются непосредственно в деятельности Чингисхана – одной из величайших личностей всемирной истории.

Валентина Марковна Скляренко

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии