Остается открытым вопрос, насколько комплементивным будет такой однозначный символ при анализе различных атомарных фактов. Или он будет всякий раз освобождаться от предшествующего, приписывамого ему значения, и «означиваться» заново?
4.3. Эрнст Кассирер (1874–1945). Язык как средство символьного формирования сознания. Познание – один из видов формотворческого мышления
Немецкий философ, причисляемый историками философии к разряду неокантианцев. Родился в Бреслау в зажиточной еврейской семье. Изучал философию в Марбурге. 1906–1919 гг. преподавал философию в Берлине, Гамбурге. В 1933 г. был вынужден эмигрировать. Работал в Иллинойском и Колумбийском университетах США. Мало известен на родине. Основной труд – «Философия сиволических форм» (1923–1929). Для современных исследователей наиболее привлекательными идеями в работах Э. Кассирера являются: (1) роль симфолических функций языка в процессе научного познания, (2) способность сознания существовать благодаря синтезу противоположностей. Философ считал, что познание, хотя и зависит от ментальных методов анализа, в целом остается объективным. Он верил в связующую, систематизирующую силу сознания, в котором отдельное связано с общим, а общее проявляется в отдельном.
Основные труды и источники:
• Кассирер Э. Философия символических форм. Т. 1. Язык. – М., СПб., 2002. – 272 с.
• Cassirer E. Gesammelte Werke / Hrsg. Von Birgit Recki. Bd.11. Philosophie der symbolischen Formen. – Teil 1. Die Sprache / Text und Anm. bearb. von Claus Rosenkranz. – Hamburg: Meiner, 2001. – 330 S.
• Cassirer E. Symbol, Technik, Sprache. Aufs"atze aus den Jahren 1927–1933. Hrsg. von Ernst Wolfgang Orth und John Michael Krois unter Mitw. Von Josef M. Werle. – 2.Aufl. – Hamburg: Meiner, 1995. – 222 S.
Основные лингвофилософские взгляды:
1. Символические формы – это принципы, созидающие мир. Это формы проявления смысла и его понимания (Erscheinungsformen). Различаются три ипостаси символической формы –
Продемонстрируем сказанное выше с помощью следующего примера. Слово
2. Символ – это связующее звено между явлением и идеей.
Символизируемое понимается, согласно автору, лишь частично. Оно не охватывает всего целого, потому что символические формы часто заводят мышление в заблуждение. Возможно, это происходит потому, что сами символические формы, которые использует сознание, не определены достаточно четко.
В религиозной сфере символ использовался первоначально как чисто предметный, реальный смысл, лишенный метафоричности, объективирующий что-то непосредственно существующее, имеющееся в действительности. Как знак здесь символ не отделим от обозначаемого. Постепенно в иных сферах, например, в эстетике и философии символ утрачивает свою «вещную» привязанность и используется для представления идеальных ценностей. Его предназначение начинают видеть в том, что он может выступать связующим звеном между