– Не мог дать мне что-то полегче? – пожаловалась Василиса. Но в назначенный день и час (на сорок минут позже, чем Марина была записана) девушка заходила в комнату, одетая в длинное индийское сари и с ярко-красной точкой на лбу. Большей идиоткой она себя в жизни не чувствовала. Хорошо, что в помещении – небольшой клеточке без окон и естественных источников света – царил полумрак. Василиса и Марина уселись друг напротив друга в позе лотоса. Марина оказалась значительно выше и крупнее ее. Кроме того, она не дала бы ей на вид сорока двух. Максимум – тридцать. Василиса потратила несколько минут, чтобы внимательно осмотреть лицо, руки, шею и плечи клиентки – необходимые данные для более точного определения возраста. Лицо могло обмануть – и в случае Марины старательно маскировало все погрешности на коже. Макияж был явно избыточным, однако девушка склонялась к тому, что клиентка прячет под слоем тонального крема не морщины, а прыщи.
– Если вам неудобно в этой позе, садитесь на подушки, – пропела Василиса, поджигая ароматические свечи. Она и сама ненавидела позу лотоса – у нее затекали бедра.
– Приятный запах, – пробормотала Марина, когда все три палочки задымили, наполняя комнатушку ароматами сандала и чего-то еще, что раздражало. Но – ничего не поделаешь, в комнате не должно было быть много воздуха. Недостаток кислорода притуплял бдительность, погружая клиента в полусонное состояние. Василиса расставила горящие свечи звездой вокруг них.
– Мир вам! – Она снова расположилась напротив Марины и слегка поклонилась.
– Я не знаю, с чего начать, – пробормотала женщина, оглядываясь по сторонам. Василиса сделала несколько круговых пассов руками – медленно, плавно, настраивая клиентку на успокаивающую волну. Журчание настенного водопадика подбавляло атмосферы.
– Давайте начнем с расслабления. Нужно, чтобы все чакры были открыты. Ну, по возможности, – добавила девушка. Чакры, Индия, карма, потусторонние энергии – все эти термины прилагались к истории и мифу Ярослава, и все его «помощники» работали по так называемой уникальной методике целителя Страхова.
– Хорошо, – кивнула Марина и тоже закрыла глаза, глубоко вздохнула.
– Представьте себе летний день. Вы гуляете в парке. Любите гулять? – спросила девушка, намеренно избегая называть Марину по имени.
– Люблю кататься на лыжах, – пробормотала женщина, снова глубоко вдыхая. Василиса лихорадочно припомнила все профайлы, которые видела о всех Маринах Степановых, но ни у одной на страничках не было упоминания об увлечении лыжами.
– Отлично. Представьте, что вы летите по снежному склону. Солнечный день, морозно, у вас прекрасное настроение.
– Прекрасное настроение? – переспросила Марина с таким сомнением, что сразу стало ясно, такое для нее – редкость. Девушка подошла ближе к клиентке, лихорадочно соображая.
– Вы позволите мне просканировать вашу ауру? – спросила Василиса, и Марина кивнула. Она встала (чертовы коленки затекли) и принялась обводить контуры тела руками.
– Нет. Не могу увидеть, – пробормотала Василиса, обходя женщину.
– Что-то не так? – забеспокоилась та. Девушка лихорадочно прикидывала, может ли быть эта Марина той, с розой. Остальные отпали все. Риск был велик, и Василиса начинала нервничать. Однако журналисты не плачут. Она потерла ладони и потихоньку поднесла их к одной из горящих свечей за спиной у Марины.
– Протяните мне ладони. – Клиентка послушно вытянула. Василиса расположила свои ладони прямо над ее, и та вздрогнула. Девушка отдернула руки. Она знала, что неожиданный жар от ладоней должен был удивить Марину. Но нужно было усугубить эффект.
– Я чувствую ваше одиночество, – прошептала Василиса и осторожно вгляделась в лицо женщины, считывая реакцию. В этом-то и заключалась техника холодного чтения, к которой вынуждена была прибегнуть девушка в отсутствие информации для горячего чтения. Когда-то, когда Василиса только познакомилась с Ярославом, он подробно, в деталях описал ее дом в Ярославле, где она родилась и выросла. Невысокий домик желтого цвета, старый, с «историей», в окружении дубовой аллеи – никто не мог этого знать, никто! Только ясновидящий или… человек, имевший адрес прописки Василисы в Ярославле и посмотревший на ее дом в программе Google Earth.
Итак, варианта было два. Марина могла прийти или с проблемой по здоровью, или за советом о том, как продвинуться по карьере – да мало ли. Во всех этих случаях одиночество не беспокоило ее, и это бы отразилось на лице.
Ярослав говорил, люди испытывают множество эмоций, но самые сильные среди них – страх и чувство вины. Не любовь, опьяняющая и заставляющая забыть все на свете, ослепнуть на короткое время и зачастую прозреть потом навсегда. Не благодарность, которая ложится на плечи тяжелым бременем. Не любопытство, которое вспыхивает и угасает и откладывается на потом.