Читаем Форточник (СИ) полностью

Молодой человек вскочил. Джим легко усадил его обратно на стул.

- Да отцепись ты! - бросил ему молодой человек. - Ты, америкос, знаешь, кто я?!

- Знаем, Михаил, всё знаем, - сказал Белов, подходя ближе. - И кто ты, и какими государственными секретами тут торгуешь.

- Какими секретами?!

- Секретами о местонахождении и времени открытия окон в другой мир, - спокойно пояснил Белов. - Учитывая, что оный мир сейчас оккупирован нашим классовым врагом, всякое взаимодействие с ним является государственной изменой.

Михаил побелел.

- Погодите-погодите. Не знаю я никаких секретов.

- И ты ничего не рассказывал местным форточникам? - спросил Белов и сам же отрицательно помотал головой. - Ой, врёшь. Адам, наберите мне, пожалуйста, комиссариат.

На слове "комиссариат" Михаил только что в ноги не бухнулся, умоляя простить его. Клялся, что никаких секретов он не знал, и если форточка была - то совпадение просто. Всё он выдумал.

- Да наколол я их, - каялся Михаил. - Просто деньги очень нужны.

- Наколол, - повторил Белов. - А может и заколол. Мы на пляже, знаешь ли, труп нашли.

- Ка-ка-кой труп?

- Форточника, - сказал Белов. - И что же у нас получается. Либо ты его грохнул, чтоб он не проболтался о твой коммерции...

Михаил отчаянно затряс головой. Не виновен, мол.

- Либо ты его навел на форточку и его завалили с той стороны, - закончил Белов. - И тогда ты реально продал государственный секрет. Как ни крути, а расстрельная статья получается.

- Это не я!

- А кто?! - рявкнул на него Белов. - Кому ты еще свою байку продал?

Покупателей оказалось всего двое. Михаил продал бы и одному, так безопаснее, но форточники - люди бедные. Если день-деньской бродить по улицам, высматривая, не приоткроется ли где окошко в другой мир, где можно чего-нибудь хапнуть, то разбогатеть сложно. Михаил сумел выудить у них всего семь рублей, оттого и завис в таверне. Искал, кому бы еще свой "секрет" втюхать.

- Товарищ, - негромко окликнул Адам. - Комиссар на связи.

Белов кивнул и взял трубку. Знакомый голос спросил, как дела. Белов сказал, что дела так себе, взял вот мошенника, которого надо бы проверить на предмет торговли государственными секретами. На этих словах Михаил упал в обморок и уже не услышал слова Белова о том, что измена - это вряд ли, но береженного бог бережет. Опять же, урок молодому человеку будет. Впредь десять раз подумает, прежде чем закон нарушать. Комиссар сказал, что это правильно и он сейчас кого-нибудь пришлёт. На том и попрощались.

Джим вынес техника на плече, забросил на заднее сидение и пристегнул его наручниками к ручке дверцы. Белов вышел следом, размышляя на ходу.

- Куда теперь, товарисч капитан? - спросил Джим, когда тот сел рядом на сидение.

- На автобусную станцию, - немного подумав, ответил Белов. - Как раз успеем к отправлению. И вот что, Джим, держи пистолет под рукой. Всё-таки убийцу брать будем.

- А мы уже знаем кого брать? - удивился Джим, заводя мотор.

Белов кивнул. У него самого в багажнике лежала балалайка. Не ядерная, обычная боевая, но даже ее звуковая волна походя разрывала человека на куски. На автобусной станции, где в этот час всегда полно народа, таким оружием пользоваться нельзя.

Автомобиль аккуратно развернулся.

- Хм... - произнес Джим, когда маневр был завершен. - Конечно, подозреваемых у нас немного. Там был Боб. На убийцу он не похож, но всё-таки старый солдат. Воевал, значит, убивал.

- Да, факт не в его пользу, - сказал Белов.

- Потом Вильям, - продолжал размышлять Джим, пока автомобиль катил по главной улице. - Форточник. Вряд ли там было больше одной форточки. Он с тем парнем нашел ее по запаху, а дальше они добычу не поделили. Только добычи мы у него не нашли.

- Не нашли, - согласился Белов.

- А еще, уж простите, товарисч капитан, убийцей мог оказаться советский солдат, - сказал Джим; судя по тону, эта версия его устраивала больше всего. - Где, как ни на складе, можно спрятать добычу?

- Логично, - произнес Белов. - Мы всё-таки сделаем из тебя сыщика.

- Было бы неплохо, - согласился Джим. - Но пока я не соображу: кто именно?

Они уже подъезжали к станции. Автобус подали под посадку, но водитель пока не открыл двери. Белов указал пальцев чуть правее.

- Вот он. Около кассы.

- Вильям?!

Белов кивнул. Джим бросил машину влево. Автомобиль отрезал форточника от автобуса. Тот дернулся было бежать, но куда там. Вильям успел сделать ровно два шага, когда неумолимое правосудие настигло его, развернуло и впечатало носом в капот. Белов за это время успел только дверцу открыть.

- Погоди, Джим, - сказал Белов.

Он жестом подозвал пару солдат из очереди и назначил их понятыми.

- Теперь можно обыскать.

- Да обыскивали уже, - пискнул Вильям. - Часа не прошло.

- Думаю, с тех пор в твоих карманах появилось кое-что еще, - сказал Белов.

- Ага, билет, - ответил Вильям.

Билет действительно был. Кроме того пропал замок с ключами. В левом кармане брюк Вильяма Джим нашел на шестьдесят пять копеек мелочи, а в правом - золотое ожерелье с обрезанными застежками и дюжиной крупных бриллиантов. Один из солдат присвистнул. Очередь на автобус подалась поближе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идеи и интеллектуалы в потоке истории
Идеи и интеллектуалы в потоке истории

Новая книга проф. Н.С.Розова включает очерки с широким тематическим разнообразием: платонизм и социологизм в онтологии научного знания, роль идей в социально-историческом развитии, механизмы эволюции интеллектуальных институтов, причины стагнации философии и история попыток «отмены философии», философский анализ феномена мечты, драма отношений философии и политики в истории России, роль интеллектуалов в периоды реакции и трудности этического выбора, обвинения и оправдания геополитики как науки, академическая реформа и ценности науки, будущее университетов, преподавание отечественной истории, будущее мировой философии, размышление о смысле истории как о перманентном испытании, преодоление дилеммы «провинциализма» и «туземства» в российской философии и социальном познании. Пестрые темы объединяет сочетание философского и макросоциологического подходов: при рассмотрении каждой проблемы выявляются глубинные основания высказываний, проводится рассуждение на отвлеченном, принципиальном уровне, которое дополняется анализом исторических трендов и закономерностей развития, проясняющих суть дела. В книге используются и развиваются идеи прежних работ проф. Н. С. Розова, от построения концептуального аппарата социальных наук, выявления глобальных мегатенденций мирового развития («Структура цивилизации и тенденции мирового развития» 1992), ценностных оснований разрешения глобальных проблем, международных конфликтов, образования («Философия гуманитарного образования» 1993; «Ценности в проблемном мире» 1998) до концепций онтологии и структуры истории, методологии макросоциологического анализа («Философия и теория истории. Пролегомены» 2002, «Историческая макросоциология: методология и методы» 2009; «Колея и перевал: макросоциологические основания стратегий России в XXI веке» 2011). Книга предназначена для интеллектуалов, прежде всего, для философов, социологов, политологов, историков, для исследователей и преподавателей, для аспирантов и студентов, для всех заинтересованных в рациональном анализе исторических закономерностей и перспектив развития важнейших интеллектуальных институтов — философии, науки и образования — в наступившей тревожной эпохе турбулентности

Николай Сергеевич Розов

История / Философия / Обществознание / Разное / Образование и наука / Без Жанра