Поэтому чаще всего научные теории держатся именно на прогностической силе – насколько хорошо модель предсказывает будущие состояния системы. А такой критерий можно применить к любому методу прогнозов, включая народный календарь примет.
С другой стороны, научный метод требует описания способов сбора и анализа данных – и вот тут можно выявить ошибки теории без эксперимента. Бывают даже случаи, когда к ошибке ведёт избыток данных: использование более современных приборов вроде магнитно-резонансных томографов приводит к увеличению числа ненужных хирургических операций, а чтение деловых новостей в Интернете – к проигрышным инвестициям [12].
Перечень всех возможных косяков рационального мышления выходит за пределы данной книги, об этом есть много другой литературы. Поэтому здесь я предложу вам лишь сокращённый, зато наглядный список когнитивных искажений.
Представьте схему, где категории объектов рисуются кружочками, а их отношения – стрелками. В такой схеме может быть три типа ошибок: не то разместили в кружочках, не те кружочки связали, или связали неправильным способом.
Аналогичные заблуждения ещё называют «ошибкой выжившего». Теория о том, что дельфины спасают тонущих людей, толкая их к берегу, основана на свидетельствах только тех, кто выжил. Возможно, дельфины толкали некоторых в другую сторону, в океан, но утонувшие не смогли рассказать нам об этом (не попали в выборку).
На той же ошибке построены многие «истории успеха». Читая о том, какие принципы работы помогли компании Microsoft завоевать мир, надо понимать, что многие другие компании в то же время делали почти то же самое – а потому мы не знаем, какой фактор на самом деле помог (может, просто случайность?)
Это сильная корреляция, но она не означает именно такую стрелку причинно-следственной связи. Может быть, стрелка идёт в обратную сторону: долгожители из-за плохих зубов становятся вегетарианцами. Или есть какой-то третий фактор, влияющий на эти два явления: скажем, определённый ген, который отвечает и за долголетие, и за отвращение к мясу.
Рациональное мышление пытается схлопнуть всю эту сложную сеть в линейную цепочку выводов типа «Из А следует B, из B следует С». Вероятно, такое схлопывание происходит потому, что символьная логика родилась из языка, а язык – из линейной последовательности звуков.
Но увлекаясь линейным выводом, мы можем потерять другие значимые факторы, влияющие на объект исследования. Забавный пример такой ошибки встретился мне в книге одного известного педиатра: он разоблачал бабушек, утверждающих, что простуда возникает от сквозняков и мокрых ног. Что за ересь, писал педиатр, ведь мы знаем, что простуду вызывает вирус. Не допускайте к себе вирусов, и всё будет в порядке.
На самом деле, простудные риновирусы обитают в носу у большинства людей всю жизнь. Но в острую форму эта зараза переходит именно при охлаждении – то ли наша иммунная система тормозит при низкой температуре, то ли сам вирус такой термочувствительный. Эмпирический разум наших бабушек заметил именно эту важную связь, которую не заметил педиатр, ослеплённый простой линейной теорией.
# # #
Кажется, я слишком ополчился на рациональное мышление? Ладно, скажу пару слов в его защиту: оно такое умное, что может испортить нам всю идею прогнозирования. Ведь знание о будущем – это вторжение в причинно-следственную связь событий. Обладая таким знанием, мы можем изменить причину. Но тогда и следствие изменится, и наступит совсем другое будущее, не связанное с нашим изначальным прогнозом.