Он вытащил ключи капитана Пукхана из нагрудного кармана своего твидового пиджака и бросил их первому помощнику. Смешно было видеть, как ключи отскочили от груди корейца, вывалились из его корявых пальцев, когда он неловко попытался схватить их и не смог, как неуклюже он согнулся чтобы поднять их с пола. Над входом в рубку рулевого управления висела ракетница. Де Джонг снял ее, удостоверился, что она заряжена, и сунул в карман пиджака. Не поворачиваясь, он приказал первому помощнику следовать за ним. Он улыбнулся, когда дюжий кореец бросился выполнять его команду.
Ответа не, последовало. Первый помощник еще раз постучал в дверь каюты номер два. На этот раз он дождался ответа. Изнутри послышалась ругань полковника Такео, который был недоволен тем, что его прервали, и требовал, чтобы его больше не беспокоили. Зайди позже. Первый помощник назвал себя, сказав, что капитан приказал ему принести два сообщения в каюту полковника. Сообщения были для
Такео ничего не ответил, затем спросил, зашифрованы ли эти радиограммы. Первый помощник сказал, что да и что он ничего не может понять в них. Только колонки цифр, и ничего больше. Капитан подумал, что полковнику, может быть, было бы интересно взглянуть на них перед тем, как он передаст их
— Он в столовой, пьет чай, — ответил первый помощник.
— Он умрет сегодня ночью, — сказал Такео, — вы сегодня все хорошо поработаете. Если кет, ты мне за это ответишь. А теперь давай подсовывай эти бумажки под дверь и проваливай.
Первый помощник присел на корточки, протолкнул радиограммы, которые дал ему
Де Джонг стоял чуть в стороне от вентиляционных отверстий у входной двери, через которые его можно было бы увидеть из каюты Такео. Он вытащил ракетницу из бокового кармана пиджака, взвел ее и постучал левой рукой в дверь. Два коротких удара. Пауза. Один удар. Два коротких. Пауза. Потом один. Сигнал, который должна была запомнить Касуми. И действовать.
Он быстро обернулся и посмотрел на палубный кран. Боже всемогущий! Нет. Эта тупая сука, первый помощник, растворился в воздухе. Наконец де Джонг увидел его: он вразвалочку шел на корму к трем членам команды, собравшимся вокруг девочек. Ничего не оставалось другого, как оставить все, как есть, и надеяться, что дело уже сделано, прежде чем он вернется со своими друзьями.
Де Джонг, отступив три шага назад, застыл в ожидании перед входной дверью каюты.
Дверь каюты распахнулась и с грохотом ударилась в стену, где только что стоял де Джонг. Обнаженная Касуми в тот же момент выскочила из каюты. На ее бедрах была кровь. Лицо залито слезами. Она забежала за де Джонга и опустилась на палубу. Веер был судорожно зажат в ее руке.
Совершенно голый Такео с обритой головой и огромным брюхом застыл в нескольких футах от открытой двери. Из одежды на нем были только очки без оправы, в руках он держал радиограммы де Джонга. Руки Такео медленна опустились, лицо нахмурилось: он лихорадочно пытался установить связь между гайджином и девчонкой. Когда мозг Такео выдал ему ответ: «Ловушка!», он резко развернулся и бросился к маленькому столику, стоящему рядом с двухъярусной койкой, пытаясь схватить маузер, лежащий на подносе между тарелками с остатками пищи. Де Джонг поднял в правой руке ракетницу, нацелился ему в спину несколькими дюймами выше ягодиц и нажал на курок. Раздался поп — звук выстрела из ракетницы. Такео пронзительно взвизгнул: ноги его оторвались от земли, он перелетел через комнату, ударился о дверь туалета и рухнул на пол. Несколько секунд, корчась от боли, он пытался перевернуться на живот, наконец это ему удалось — он потянулся рукой за спину, залитую кровью, пытаясь выдернуть дымящуюся в ней ракету. Де Джонг ударом ноги закрыл дверь в каюту и поднял девочку на ноги. Они дошли до трапа, ведущего на мостик, когда в каюте Такео взорвалась ракета. Де Джонг обернулся вовремя: дверь каюты взрывом сорвало с петель, она перелетела через палубу и врезалась в кран, где раньше стоял первый помощник. Мгновением позже было видно, как огонь заполнил всю каюту, языки гудящего пламени вырывались на палубу.