Думается, ВАЗ приобретался не только и не столько для производства легкового автомобиля, сколько с целью прорыва на рынок передовых машиностроительных технологий. Что касается моего министерства машиностроения, не за чем оно пошло по проторённому пути, заказав у «Гильдемайстера» и «Питтлера» более тысячи многошпиндельных автоматов, в основном для производства взрывателей.
При этом обе стороны, и наша, и немецкая, делали вид, будто это не оборонный заказ. По телевизору показывали, как в бундестаге представитель фирмы потрясал нашими заказными чертежами, доказывая, что станки поставлялись не для боеприпасов. Помню, скольких усилий стоило «изуродовать» чертежи деталей, чтобы они не смахивали на военные изделия, но и не слишком далеко от них уходили. На какие только ухищрения ни приходилось идти в условиях холодной войны, чтобы получить привлекательную западную технику! Впрочем, в данном конкретном случае, как и на ВАЗе, Киеву тоже заказали до тысячи станков.
Возвращаясь к ВАЗу
- после того как он выполнил главную задачу, для завода начались будни, в которых требовалось наращивать производство за счёт отечественных аналогов. В повестку дня встала замена материалов и инструмента на свои, возникли трудности с обеспечением импортными запчастями. Все эти процессы шли, как правило, с корректировкой в худшую сторону, и автомобиль тем больше терял в качестве, чем дальше уходил от родного «фиата».Но это бы полбеды (на горизонте маячило своё изделие, не хуже итальянского), беда пришла с перестройкой и распадом Союза. Мало того, что в одночасье нарушились старые связи с поставщиками комплектующих в странах СЭВ и союзных республиках, ограничились возможности контроля качества за деталями, изготовляемыми российскими смежниками. Государство отказалось от ГОСТов и разрешило поставку комплектующих практически под честное слово.
Отныне, покупая запчасти, каждый отдаёт себе отчёт, что приобретает кота в мешке. О каком качестве конечной продукции можно говорить, если за отдельные составляющие отвечает не головник, а смежники?
Ныне ВАЗ выступает с новыми моделями, «Ладой-Приорой, «Грантом», «Калиной». Сам премьер принял участие в рекламе последней, проехав в ней сотни километров по сибирской дороге. Но обратите внимание на акценты при создании всех этих «приор» и «калин»: главное – уложиться в триста тысяч рублей. О качестве не вспоминают, то ли потому что подразумевается, то ли потому, мол, чего же ждать за триста тысяч? А ведь есть-есть все возможности повторить фиатовскую «копейку» в отечественном современном исполнении!
Долговечность – последнее, о чём беспокоятся производители современных легковых автомобилей. А если забыть о гарантийном сроке, то и не волнуются вовсе. По сравнению с неким эталонным «средством передвижения» цена растёт за счёт прибамбасов, лишь некоторые из которых, вроде подушек безопасности, имеют смысл для рядового потребителя. Остальные же, точно - роскошь!
Но за каждый, и за обмывание фар, и за осветление потолка, и за микроклимат, и за автоматическое сохранение скорости, и за «Глонасс», и за другое, что и не приснится «совку», владельцу «Жигулей», надо платить и платить!
И впрямь автомобиль превращается в роскошь! Но, тем не менее, такую, которая вовремя (для производителя) выходит из строя и нуждается во всё более дорогой замене. Ибо игрушек для завзятого автомобилиста у продавцов предостаточно.
Я не утверждаю, что Запад не умеет делать долговечных автомобилей. Но есть подозрение, что нам их просто не продают. Или продают за очень уж хорошие деньги. Заплати вчетверо, вдесятеро, в двадцать раз больше по сравнению с «Жигулями» и, может быть, получишь машину, которой износу не будет. Но и это лишь ничем не подтверждённое предположение. Говорят, Абрамович на своей самой большой в мире яхте «Эклипс», обошедшейся в полмиллиарда долларов, провёл всего несколько часов. В основном она развозит его гостей. При таком режиме эксплуатации судно может служить едва ли не вечно.
На моей памяти незадача с «Квартетом», затронувшая и моё тульское предприятие. Изделие КБП изначально проектировалось на «УАЗ», но арабы из ОАЭ захотели «Хаммер». Мы сделали под него, а янки отказались поставлять!