Очень обтекаемо об этом обмолвился премьер Путин, когда заговорил про "порочный круг" взаимодействия власти и народа: стоит закрутить гайки — бесчинствует хищная власть, стоит их ослабить — и с "катушек слетает" сам народ, несется к собственной гибели в автокатастрофах, пожарищах и поножовщине.
Как же можно одолеть такое противодействие? И можно ли здесь обойтись без ГУЛАГа и "большого террора"?
Можно. Репрессивная практика 30-х годов диктовалась, по крайней мере, тремя причинами. Первое: страх являлся необходимой мерой подстегивания населения в ходе бешеной модернизации. Советской России в десять предвоенных лет предстояло пройти столетний путь.
Второе: в условиях катастрофической нехватки ресурсов почти бесплатная армия заключенных оказалась хорошим подспорьем для "строек коммунизма" и освоения великих пустошей Сибири.
Третье: на пути к светлому будущему большевики намеревались перемолоть саму природу "ветхого человека" (под определение которого подходило едва ли не все население Советского Союза"), вырастив из него Нового Человека коммунистического будущего — отсюда жертвы столь масштабного социального эксперимента.
Сегодня все три причины в их рафинированном виде отсутствуют.
Внешние вызовы, стоящие перед Россией и во многом демпфированные наличием у нас систем ядерного оружия, не столь убийственны, как семьдесят лет назад. Ресурсы, которыми до сих пор обладает страна, ставят целью не столько их преумножение, сколько их справедливое распределение и сохранение. Наконец, сейчас перед Россией не может стоять задача радикального слома "до основания" предыдущего здания государства с выращиванием на его пепелище, в окружении враждебного "гибнущего мира", новой общественной расы.
В предстоящей модернизации, целями которой прежде всего является выживание популяции и научно-технический, промышленный прорыв, массовый террор бесполезен.
Новый Сталин сможет апеллировать к чувству самосохранения нации, к попранным ныне ценностям подавляющего большинства населения России. Бесчисленные рядовые фигуранты путинского "порочного круга" — не враги. К ним достаточно будет отнестись с назидательной милостью, поскольку множество должностных преступлений и социальных "беспределов" объясняются не порочной природой отдельного чиновника и не суицидальными наклонностями населения, но особенностями сложившейся системы: "Не мы такие — жизнь такая". Смена приоритетов может быть твердо продемонстрирована на примере ряда громких, показательных процессов, которые должны, как в булгаковском произведении, заставить других по новому подойти к проблеме накопления и инвестиций. После этого маховик общественных отношений начнет вращаться в правильную сторону. Опыт Белоруссии частично подтверждает это правило.
"Эгоистическое подполье" — то есть тех, кто страшится потерять богатство или положение в обществе в случае модернизации — в значительной степени может примирить с Проектом мысль о том, что в случае цивилизационного поражения отсталой России и прихода сюда победителей из иных культур эти "классы собственников" потеряют гораздо, гораздо больше. Кажется, что, по крайней мере, сегодня политическая верхушка страны это прекрасно понимает: или сильная собственная страна — или Гаагский трибунал для кремлевских милошевичей. Отсидеться в Лондоне или в Парагвае, как показывает исторический опыт, не получится.
Даже идеологических противников Неосталинской модернизации из числа всевозможных либеральных think tanks никак не следует "пускать в расход" или высылать вон на "философских кораблях" — иначе это приведет к монополизации и деградации самих носителей идеи Развития. Достаточно отстранить "пораженцев" от системы принятия ключевых решений и разрушить пантеон либеральных идолов, поклонению которым происходит ежедневно в прайм-тайм общенационального ТВ.
Но что должно подавляться безжалостно и показательно, — это намеренные и демонстрационные вызовы самой идее модернизации страны, из какой бы страты общества они ни исходили. Точечные воздействия на ключевые антимодернизационные преступления — измена Родине, взяточничество, неуплата налогов, злоупотребление властью, вредительство, саботаж решений, наркотизация, терроризм, глумление над святынями, насилие над детьми — с показательными процессами, раскаянием виновных и применением публичной смертной казни помогут Новому Сталину справиться с общественной деструкции и в сжатые сроки наладить нашу жизнь.
ГДЕ ВЗЯТЬ РЕСУРСЫ?
Либеральные и "демократические" умы России, ненадолго отвлекаясь от любимой ими темы десятков и даже сотен миллионов невинных жертв сталинских репрессий, как правило, утверждают, что у современной России вообще нет мобилизационного ресурса, нет топлива для модернизации: мол, Сталин построил и защитил свой "социализм" на костях русского крестьянства, а на чьих костях намерены модернизировать страну вы? Из кого надеетесь выжимать в нужных для этого немереных количествах пот, слёзы и кровь? Что ж, утверждение на первый взгляд более чем резонное. Но — только на первый взгляд.