Читаем Газовый свет полностью

— Да тут и понимать нечего — самоубийство, сами знаете. И они, между прочим, не то чтобы принимают его совершенно в штыки. Случалось, и платили, когда клиент явно был не в себе. Но это идет вразрез с ихними принципами. Я к тому, что, если у человека хватает духу наложить на себя руки, он должен считаться с риском. Хотя для вас это, наверно, большая неприятность, мистер Брикман…

— Бринкман.

— Простите, у меня ужасная память на имена. В общем, я имею в виду, вам не очень-то приятно, что тут столько народу шастает-вынюхивает, но ничего не попишешь, разбираться все равно надо, и, похоже, говорить стоит именно с вами. Как по-вашему, с головой у него было все в порядке?

— Он был совершенно нормальный, не хуже нас с вами. В жизни не встречал более трезвого и рассудительного человека.

— Н-да, это важно. Вы не против, если я возьму кое-что на карандаш? Память у меня хреновая. A-а, вот еще что: наш приятель ни на что в последнее время не жаловался? На здоровье, к примеру?

Крохотная заминка, продолжительностью в ту самую роковую долю секунды, которая показывает, что собеседник обдумывает ответ. Затем Бринкман сказал:

— О, тут нет ни малейшего сомнения. Мне казалось, он был у ваших и говорил с ними об этом. Он ездил в Лондон к врачу и узнал, что жить ему осталось всего два года.

— Видимо, у него…

— Мне он ни слова не сказал. У него всегда был пунктик по части здоровья — из-за любой ерунды в панику впадал, даже из-за чирия на шее. Нет, ипохондриком его не назовешь, просто он из тех, кто всерьез никогда не хворал, поэтому всякая мелочь была способна привести его в ужас. От лондонского специалиста он вернулся вконец пришибленный, и у меня духу не хватило расспрашивать. Да, в общем, мне это и не по чину. Но думаю, он никому ничего не сказал.

— Можно, наверное, спросить у врача. Хотя эти парни чертовски неразговорчивы, правда?

— Сперва надо имя узнать. Моттрам держал его в секрете; если он и писал врачу, чтобы договориться о консультации, то через мои руки такое письмо не проходило. А опрашивать всю Харли-стрит — занятие весьма хлопотное.

— Тем не менее пулфордский врач, вероятно, в курсе. Скорее всего, он и порекомендовал специалиста.

— Что вы! Какой пулфордский врач?! Не думаю, чтобы за последние пять лет Моттрам хоть раз ходил к врачу. А уж последние несколько месяцев у меня просто язык отсох его уговаривать, ведь он твердил, что обеспокоен своим здоровьем, правда, о симптомах умалчивал. Для тех, кто не знал его, такая скрытность труднообъяснима. Но уверяю вас, если вы склонны думать, что история про визит к специалисту плод его фантазии, вы глубоко заблуждаетесь.

— Вот как?

— Да. Судите сами. Будь Моттрам жив, через два года вашей Компании надлежало выплачивать ему огромную ренту. Он готов был отказаться от своих прав, если ему вернут половину взносов. Надеюсь, это вам известно? Ну, а зачем бы ему затевать такое, если на самом деле он не верил, что смертельно болен?

— Значит, вы не видите для его самоубийства иной причины? Просто устал от жизни, верно? И так далее.

— Давайте серьезно, мистер Бридон. Вы не хуже меня знаете, что люди обыкновенно кончают с собой из-за денежных затруднений, или от несчастной любви, или от заурядной меланхолии. Денежных затруднений тут в помине не было, его адвокаты подтвердят. Безумная любовь человеку его возраста, и тем более холостому, как правило, не грозит, а имя Моттрама вообще никогда не связывали с именем женщины. Ну а что до меланхолии, его знакомые ничего подобного за ним не замечали.

— Я смотрю, вы совершенно уверены, что он покончил самоубийством. По-вашему, и несчастный случай, и преступление здесь исключаются? У богачей ведь бывают враги, а?

— В книжках. Но я сомневаюсь, чтобы кто-то надумал убрать Моттрама. А несчастный случай… как его увязать с историей про врача-специалиста? И почему, когда он умер, дверь его комнаты была заперта? Спросите пулфордскую прислугу — они вам скажут, что дома он никогда не запирался, а здешний коридорный сообщит, что ему было велено первым делом принести с утра воду для бритья.

— Значит, дверь была на замке? По правде говоря, я толком не слыхал, как все обнаружилось. А вы, наверно, видели все собственными глазами.

Перейти на страницу:

Все книги серии Майлз Бридон

Все еще мертв. Фальшивые намерения
Все еще мертв. Фальшивые намерения

Сбивший ребенка, но оправданный в неумышленном убийстве Колин Ривер отправляется в морской круиз, чтобы развеяться и успокоить голос совести. Но через несколько дней его труп находят на обочине дороги в Шотландии, и Майлз Бридон – следователь страховой компании – должен установить точное время смерти. Однако за двое суток тело успело пропасть, а затем снова появиться, и теперь вопрос выплаты страховки зависит от того, разгадает ли Майлз тайну смерти Ривера. Кажется, такой союз с самого начала обречен на неудачу. Вернон Летеби, сын пэра, яркий красавец, с экстравагантным вкусом, чье имя не сходит с первых страниц таблоидов и которому отец дает ровно столько карманных денег, сколько нужно, чтобы расплатиться за долги на скачках. И Джо Хендерсон – грубоватый и замкнутый канадец средних лет, бывший контрабандист, среди заслуг которого подозрение в ограблении поезда и незаурядная способность копать. Эта странная парочка отправляется на поиски знаменитого сокровища принца Чарли в Северную Шотландию. По легенде, клад надежно спрятан на острове Эрран, и если верить Летеби, то зашифрованная карта, которую он помнит с детских лет, проведенных в Замке Грёз, выведет их прямиком к тайнику. Осталось всего ничего – договориться с новым владельцем острова и замка сэром Чарлзом Эрдри, и можно приступать к поискам.

Рональд Нокс

Детективы
Убийство на виадуке. Три вентиля
Убийство на виадуке. Три вентиля

Четыре поклонника детективов из фешенебельного гольф-клуба, мнящие себя великими сыщиками-любителями – священник, отставной чиновник, университетский профессор и журналист, – обнаруживают у виадука труп. Возможно, лучше было бы предоставить возможность полиции разобраться в случившемся, но разве четверка предприимчивых интеллектуалов откажется от долгожданного шанса проверить свои детективные теории на практике? Джентльмены начинают собственное расследование…Страховые компании очень не любят расставаться со своими деньгами. Вот почему Майлзу Бридону поручено доказать, что подозрительная смерть мистера Моттрама, одного из клиентов компании, – самоубийство, и, стало быть, страховку не выплатят. Однако старый друг Бридона, инспектор Скотленд-Ярда Лейланд, убежден, что произошло жестокое убийство… Майлз и Лейланд начинают расследовать гибель несчастного Моттрама независимо друг от друга. Кто же из них окажется прав?..

Рональд Нокс

Классический детектив
Следы на мосту. Тело в силосной башне
Следы на мосту. Тело в силосной башне

Найджел и Дерек, два кузена, с детства недолюбливавшие друг друга, отправились на лодочную прогулку… с которой вернулся только один из них – Найджел. Полиция не верит его сбивчивому рассказу о таинственном исчезновении Дерека и считает, что молодой человек – убийца, неумело пытающийся скрыть свое преступление. Но Майлз Бридон и его супруга Анджела вовсе не склонны безоговорочно признавать Найджела преступником. Что, если он не лжет и исчезнувший Дерек по-прежнему жив? А если и мертв, то почему в его смерти непременно надо винить кузена?..Талантливый детектив Майлз Бридон и его «доктор Ватсон в юбке» – жена и ассистентка Анджела – приготовились вежливо скучать в загородном доме недавних знакомых, типичных нуворишей, пытающихся освоиться в обществе. Однако их скука быстро рассеялась, когда одного из гостей, политика Уорсли, обнаружили мертвым в силосной башне во время шуточной гонки на автомобилях.Самоубийство? Несчастный случай? Или все-таки циничное, расчетливое преступление? Но у кого из пестрой компании могли быть достаточно веские мотивы, чтобы избавиться от симпатичного и любезного Уорсли?..

Рональд Нокс

Классический детектив

Похожие книги