Я знаю, что подростком Димитрия избили, когда Хендрикс оставил его, но мне никогда не говорили, что еще случилось с ним. Я же абсолютно уверена, что было что-то еще. Точно не знаю, что именно, но есть же причина, из-за которой он такой. Я знала это с того момента, как встретила его, потому что заметила в нем то же поведение, что было у меня после всего произошедшего.
- Никаких. Просто прошло много времени.
- Дими…
- Джесс, не надо.
Я не буду с ним спорить. Если он не хочет говорить, то и не должен. Я знаю лучше, чем кто-либо, что настойчивость здесь ни к чему хорошему не приведет.
- Ничего, что я трогаю тебя? - шепотом спрашиваю я.
Он кивает и гладит меня по боку.
- А тебе?
- Хорошо, Дими.
Он одаривает меня полуулыбкой.
- Мне нравится, как ты называешь меня Дими вот так.
- Как так?
- По-особенному. Таким нежным тоном.
Я улыбаюсь и кладу ему на бок уже ладонь. Он вздрагивает, но не останавливает меня.
- И что теперь? - спрашиваю я, сглатывая.
- Я хочу прикоснуться к тебе, Джесс. Хочу прикоснуться губами к тебе в тех местечках, которые воображал себе несколько недель. Хочу быть внутри тебя. Я хочу всего, но главное, чтобы ты тоже хотела этого так же сильно.
- Я хочу, - признаюсь я. - Просто... Мне страшно.
Он кивает, и я вижу, что он понимает.
- Как насчет того, чтобы продолжать в том же духе, а?
- Да.
- Теперь я буду больше трогать тебя, детка, потому что мои руки не хотят оставаться на месте, хоть я и делаю все, чтобы удержать их.
Я киваю, проводя вниз по его груди. Он все еще напряжен под моими руками, но позволяет и это. Чувствую мышцы под кожей. Они плотные, мощные и невероятно возбуждающие. От одного взгляда на них мне хочется перевернуться и взобраться на него, чтобы видеть, как они двигаются. Мои мысли прерываются, когда он скользит пальцами вверх по моему лифчику. Я вздрагиваю.
Его пальцы слегка касаются меня, а потом он нежно накрывает одну грудь рукой. Я всхлипываю и сглатываю, глядя ему в глаза, которые он с меня не сводит. Димитрий придвигается ближе, скользит рукой за спину и находит застежку. Мое сердце ускоряется, я начинаю задыхаться. Я никогда этого не делала… никогда добровольно не раздевалась перед мужчиной. Я в ужасе.
- Дими, - шепчу я, и его пальцы тут же замирают. - Мне страшно.
- Если ты хочешь, чтобы я прекратил, я остановлюсь.
- Нет, - говорю я дрожащим голосом. - Я...
- У тебя дрожит голос, милая.
Я делаю глубокий вдох и говорю:
- Все в порядке. Пожалуйста, не останавливайся.
Он тихонько расстегивает лифчик, и тот быстро соскальзывает. Димитрий снимает его с моих рук и бросает на пол. А потом смотрит на меня сверху вниз. Его взгляд задерживается на моей груди на целых три минуты, а потом он нежно проводит большим пальцем по соску. Я дергаюсь, и он немедленно останавливается.
- Не останавливайся, - хрипло произношу я.
Такое ощущение… приятное. Я никогда не представляла, каково это, когда кто-то прикасается к груди. Роджер, к счастью, всегда брал только то, что хотел, секс, и уходил. Он никогда не прикасался к другим частям моего тела, поэтому, думаю, это то, что не испорчено им.
Он нежно берет мой сосок большим и указательным пальцами и покручивает его. Я задыхаюсь, когда маленькие разряды удовольствия пробегают по позвоночнику, животу и до самого лона.
Потом я чувствую, как Димитрий сдвигается. Я не открываю глаз, пока не чувствую, как теплый рот смыкается на соске. Глаза распахиваются сами, и я вижу густую массу темных волос. Осторожно запутываюсь в них пальцами, откидываю голову назад и стону, когда он проводит языком по верхушке соска, обводя его, иногда покусывая и делая еще что-то замечательное, пока у меня внутри не сжимается так сильно, что почти больно.
- Дими, - выдыхаю я. - Э-э-достаточно.
Он выпускает изо рта сосок и смотрит на меня. Его губы влажные и такие ярко красные.
- Теперь моя очередь.
Его брови приподнимаются.
- Ты собираешься лизать мои соски?
Я смеюсь.
- Нет, - истерически хихикаю я. - Я хотела прикоснуться к тебе.
Он хмыкает и ложится. Замечаю палатку у него в штанах, и мои глаза распахиваются.
- Хочешь запечатлеть на пленке?
Я поднимаю глаза и застенчиво улыбаюсь.
- О… Я…
- Детка, - бормочет он с усмешкой, - если хочешь смотреть на мой член, смотри, сколько хочешь.
Услышав, как он использует слово член, во мне снова все сжимается. Я склоняюсь вперед, устав от ожидания, готовая сделать решительный шаг. Я прижимаюсь губами к его шее, и он напрягается.
- Детка, не здесь.