Читаем Где цветет омела полностью

— Не получится. Просто не получится, — повторяла она. Это все, что способна была произносить Бетти. Сердце по-прежнему колотилось и голова шла кругом; она, наверное, рухнула бы, если бы руки Келла не удерживали ее.

— Скажи — почему?

— Я не могу…

Последовало долгое молчание. Луна ярко светила, и они купались в ее серебряных лучах. Внизу река несла свои глубокие и таинственные воды, и луна и звезды отражались в ее зеркальной глади.

Магия.

Магия царствовала вокруг. Обволакивала их. Поглощала так, что Бетти не могла ни двинуться, ни заговорить. Она безвольно стояла, завороженная его взглядом. Глаза этого мужчины пожирали ее, а руки сжимали все крепче и крепче — пока вдруг он не прижал ее к своему телу.

Бетти не могла сопротивляться. Во всем виновата ночь, в отчаянии говорила она себе. Виновато это место. Лунный свет. Все вокруг исчезло, кроме этого мужчины, обнимающего ее, прижимающего к себе с такой бесконечной нежностью, что хрупкое существо, свернувшееся калачиком в руках Бетти и оказавшееся между ними, чувствовало себя еще уютнее, чем в сумке.

Голова Бетти приподнялась, глаза расширились в лунном свете, и Келл наклонился и поцеловал ее в губы.

Это был поцелуй такой сладости, какой Бетти не знала раньше. О какой даже не подозревала. Когда губы коснулись губ, желание молнией пронзило ее, зажигая плоть и заставляя почувствовать каждый дюйм своего тела — и каждый дюйм мужского тела рядом с ней. Босыми ногами она чувствовала доски веранды, когда поднялась на цыпочки, чтобы ответить на поцелуй, и казалось, что пол выгибается, подталкивая ее к Келлу. Она прижалась еще ближе — доски заставили ее.

А потом она забылась. Плоть ее полностью отдалась этому поцелую, но осторожная частичка души вопила, что она, Бетти Листер, по уши влюбилась в мужчину, которого даже не знает. В мужчину, который не хочет связывать себя навсегда. Который хочет только этого поцелуя.

Это не имело значения. Не могло иметь значения. Сейчас, в этот магический момент, имело значение лишь ощущение тела Келла, прижимающегося к ней, ощущение его рук и его запах — такой грубый, мужской, такой…

Она не знала. Не могла определить это чувство. Он такой… какой? Такой близкий ей? Смехотворная мысль, но… похоже на правду. Этот мужчина был частью ее. Именно это она ощущала еще в тот момент, когда выглянула из окна отеля и увидела его. Это было вечность назад — или лишь несколько коротких часов?

Неужели так? Неужели она познакомилась с Келлом Халламом лишь несколько часов назад? Такое чувство, что она знала его всегда.

Бетти приоткрыла губы, чтобы усилить поцелуй — усилить волшебное ощущение, — и часть ее радовалась, а часть предавалась щемящей грусти.

Раньше она даже не думала, что такое возможно. Что у нее могут быть такие чувства к мужчине…

Но ведь Келлу Халламу нельзя доверять. Бетти понимала это слишком хорошо. Нужно быть совсем глупой девушкой, чтобы влюбиться в него.

И она — именно такая девушка.

Все эти мысли проносились в ее голове, усиливая сладость поцелуя. Она знала, какая боль ждет ее позже. И боль пришла, когда Келл наконец оторвался от нее. Боль разрубила ее раскаленным мечом. Словно часть ее оказалась навсегда отрублена.

Было безумием позволять ему прикасаться к ней. Она ведь знала, какое мучение ее ждет.

Бетти не та девушка, в которую влюбляются мужчины. Не это ли повторяла она себе снова и снова? «Мужчины будут пытаться затащить тебя в постель, — не раз говорила ей тетя Хильда. — Но жениться на тебе… Никчемное дитя. Глупая девчонка. Найди себе полезное занятие, если сможешь, потому что ни на что другое ты не способна». И когда Лайл объявил, что женится на своей кузине, тетя Хильда была близка к истерике: «Должен быть другой способ получить эти деньги. Но жениться на ней!..» — «Другой такой дуры не найти…»

Этого достаточно. Достаточно прошлого. Сейчас есть только настоящее: Келл смотрит на Бетти в лунном свете, и глаза его задают единственный вопрос.

У нее нет будущего с этим человеком. Ничего, кроме головной боли, если она разрешит себе сблизиться с ним. И какая польза будет от этого Кати? Позволить Кати привязаться, а потом бросить ее?

Бетти всегда было грустно, когда она выпускала на волю дикое создание, — всегда были сожаления о потерянной любви. Однако сейчас… порвать нужно сейчас, пока не возникла душевная близость. Не так жестоко отрезать сразу. Не так жестоко, потому что позже она будет не в силах уйти. А она должна уйти.

Перейти на страницу:

Похожие книги