На самом деле открытые политические процессы (при всей их несправедливости, а порой беззаконности) – это уже шаг вперед по сравнению с процессами закрытыми. По крайней мере мыслящая часть общества получила возможность хоть как-то реагировать на происходящее. Как справедливо отмечал историк Р. Г. Пихоя, «с середины 60-х до начала 80-х гг. коллективные письма советскому руководству, подписанные видными учеными, деятелями литературы и искусства, стали характерным проявлением политического протеста в СССР. Они распространялись в рукописном виде, попадали в самиздат, передавались западными радиостанциями на Советский Союз». Сам факт, что именно при Брежневе столь откровенная форма политического протеста стала возможной, говорит о многом. Кстати, тогда же начались и первые публичные акции правозащитников – начиная с демонстрации на Красной площади по поводу ввода войск в Чехословакию, в которой приняли участие 7 человек.
Что касается фильмов, то, прежде чем положить на полку, их требовалось снять – и за немалые государственные деньги (а других в кинематографе и не было). Фильмы, запрещенные к показу при Брежневе, просто не могли быть созданы при его предшественниках – и это притом что большинство кинокартин тех лет, которые давно и заслуженно вошли в категорию советской классики, никто не запрещал.
Брежнев в рабочем кабинете.
Пожалуй, единственно реальным цензурным ограничением стало негласное табу на тему сталинских репрессий. Их не отрицали, их просто старались не вспоминать. И фильмы, снятые в конце 50-х – начале 60-х годов, где эта тема была одной из основных, постепенно исчезли из проката, их не показывали по телевизору, не переиздавались повествующие об этом книги, и так далее. Но одновременно не происходило то, чего – с надеждой или со страхом – ожидало общество. Не было полной и безоговорочной реабилитации Сталина. Максимум, что мог себе позволить брежневский режим, – показать мудрого Верховного главнокомандующего в пафосной серии фильмов «Освобождение» (говорят, при первом появлении на экране Сталина зрители встречали его аплодисментами). Но этим дело и ограничилось.
При этом мало кто знает, что количество арестованных по политическим статьям при Брежневе (по сравнению с «либеральной» хрущевской эпохой), начиная уже с 1965 года, сократилось в разы.
Если попытаться обобщить изменения, происходившие в СССР с октября 1964 по 1968 г., становится ясно, что это был внутренне противоречивый процесс, в котором попытки экономической модернизации сочетались с попытками как бы приморозить развитие общества. Ответом явилось возникновение диссидентского движения.
Пражская весна и московские заморозки
В это время СССР не без успеха противостоял США по всему миру, что наиболее очевидно проявилось во Вьетнаме, куда СССР поставлял, в частности, системы противоздушной обороны и предоставлял военных специалистов. Делались попытки наладить отношения с Китаем, испорченные при Хрущёве.
Однако переговоры с прибывшей в Москву китайской правительственной делегацией не принесли никаких результатов – китайцы потребовали полного отказа КПСС от ее политики в международном рабочем движении и признания правоты КПК во всех идеологических спорах с нашей партией в 1960–1964 годах. На приглашение прислать в Москву делегацию на XXIII съезд КПСС китайское руководство ответило публичным и грубым отказом. Отныне все отношения между Китаем и СССР по партийной линии были прерваны более чем на 20 лет.
С началом так называемой культурной революции в Китае были прерваны практически и все другие контакты между СССР и КНР, кроме формально поддерживаемых дипломатических отношений. Уже в 1966–1968 годах все чаще и чаще происходили различные инциденты на советско-китайской границе; которые весной 1969 года переросли в кровопролитные столкновения. В марте 1969 г. после многочисленных провокационных акций китайские воинские подразделения вторглись на остров Даманский на реке Уссури и предприняли попытку его вооруженного захвата. Силами пограничников и войск Дальневосточного военного округа китайцы были выбиты на свою территорию.
Главную ответственность за начавшуюся с 1969 года военную конфронтацию между СССР и КНР несло руководство Пекина, которое таким образом стремилось ослабить политический ущерб от провалов своей внутренней политики. Лишь за лето 1969 года было зарегистрировано около 500 нарушений границы и военных столкновений. Китай объявил Советский Союз врагом № 1, руководство Китая призвало весь народ готовиться к большой войне и рыть бомбоубежища. Было также принято решение о форсировании производства китайских атомных бомб и ракетного оружия.