Я уже было хотел подорваться им на помощь, как мой взгляд упал в сторону, и я увидел Нику, лежащую на каменном полу без сознания. Не знаю почему, но в тот момент меня начал одолевать неконтролируемый гнев. Как-то наслоилось всё друг на друга. И осознание, что это из-за меня ребята попали в такую передрягу, и злость по отношению к Егору за то, что он повёл их сюда, и страх за то, что с Никой произошло непоправимое. Всё это накрыло меня с головой, и впервые за долгое время на волю вышел медоед. На мои глаза опустилась красная пелена, и разум помутился.
Когда я «вернулся», всю мою грудь жгло, будто я вот-вот взорвусь. Я вновь ощущал жгучее ощущение растекающейся по венам раскалённой маны. Зрение плыло, я видел мелькающие перед собой силуэты и слышал знакомый голос, будто из бочки.
— Что с ним?! — кажется, это кричит Егор. — Трубецкой, ты знаешь, что это за хрень?!
Белый шум и снова голос, но уже Олега.
— З-знаю, н-но не уверен!
— Говори уже!
— Ему нужно поглотить артефакт! Иначе случится нечто необратимое!
Правильно, Олег, правильно! Захотелось обрадоваться и похвалить друга за сообразительность, но боль вмиг притупила мои эмоции. Мой рот сам по себе раскрылся в безмолвном крике, тело скорчило от боли. В этот раз это чувство ощущалось ещё сильнее, и, кажется, я скоро сойду с ума, если оно не прекратится.
— Ребята, этот подойдёт?.. — кажется, это голос Ники. Значит, она всё-таки жива? Как же хорошо… — Ол-лег, что с ним?
— Чёрт! — какой-то не очень приятный вскрик, и следом за ним ощущаю, как на мне рвут рубашку. — Дай сюда, и отойдите, быстро!
Всё моё нутро буквально разрывается от боли. Еле сдерживаю эту мощь, нарастающую в груди, чтобы она не выплеснулась наружу. Мою голову пробивает осознание происходящего, страх неминуемой гибели меня и друзей, которые умрут из-за меня. Перед глазами начинает проноситься моя короткая жизнь в этом мире, вперемешку с воспоминаниями Мышецкого.
В последний момент, за секунду до взрыва энергии ощущаю приятное тепло, вливающееся прямо в мою грудь. Вместе с ним уходит и боль, а следом и моё сознание. Кажется, Олег успел сделать то, что должен, и спас нас всех. Хочется его поблагодарить, но как же мало сил…
Когда я очнулся в очередной раз, боли уже не было. И, судя по прохладе, я на холодном полу. Открыв глаза, увидел над собой своды грота и тут же попытался подняться в сидячее положение, и, на удивление, у меня получилось. Мой взгляд сразу упал на мою грудь, на которой виднелся продольный шрам от дыры, которая до этого в ней была. Всё-таки, Олег порвал на мне рубашку. Жалко, конечно, но это лучше, чем если бы мы все тут погибли.
— Серёжа! — первой моё пробуждение заметила Ника.
Перевёл взгляд в сторону и увидел её, всю в грязи, с растрёпанными волосами, но радостью на лице. До того, как я очнулся, она сидела в паре метров сбоку рядом с Олегом и Егором, которые старались бдеть, но, судя по всему, потратили много сил и клевали носом. Позади них виднелась растерзанная туша поверженного босса подземелья и множество муравьёв-пауков поменьше, непонятно откуда здесь взявшихся. Их было столь много, что они застилали почти всё основание грота.
— Ты как?! — Ника захотела помочь, придержав меня, но я отрицательно покрутил головой.
— Спасибо, я в порядке, — в голове на мгновение что-то стрельнуло, но это было мелочью, по сравнению с тем, что я испытал. — Что здесь произошло? Я ничего не помню…
Пришедший в себя Трубецкой заговорил возбуждённым голосом:
— Ты ничего не помнишь?! — он присвистнул. — Это было жутко, но чертовски круто! Короче…
— Олег, твои волки не справляются! — нервно прокричал Егор, стараясь сдерживать паука огненной магией. — И моя мана на пределе! Нужно уходить, мы не осилим!
— Сейчас! Погоди секунду! — Олег старательно тужился, пытаясь собрать оставшиеся крупицы маны в достаточно сильного монстра. — У меня почти не осталось сил! Нужно отозвать волков, и тогда я смогу призвать более сильного фамильяра! Ты сможешь продержаться тридцать секунд?!
— Что?! — Егор удивлённо повернулся к Олегу. — Навряд ли! Может, есть другой план?
— Другого нет… — начал было говорить Олег, как вдруг услышал громкий рык, доносящийся от входа в грот.
Дёрнувшись, он с перепугу прервался и поднял взгляд, ожидая увидеть нового врага, но вместо него увидел Мышецкого. Он невольно улыбнулся и обрадовался, посчитав, что они спасены, но вдруг произошло то, чего не мог ожидать никто.