«…Каждая планета и каждая звезда содержит некоторые магнетические элементы, которые соответствуют таким же магнетическим элементам в строении человека».
«Каждый орган человеческого тела создан действием определенного принципа вселенной, и его деятельность поддерживается влиянием определенного небесного тела. Как печень, селезенка, сердце и т. д. являются в организме представителями определенных видов деятельности, так же и Солнце, Луна, Венера, Марс и т. д. являются видимыми представителями соответствующих органов Космоса…»
«Существует великое множество звезд во Вселенной, существует великое множество сил, действующих в организме человека».
«Существует симпатия между звездами и органами, звездами и растениями, самими звездами, самими растениями, между растениями и органами… Вследствие такого взаимодействия каждое тело может воспроизводить определенные изменения в жизнедеятельности другого организма, находящегося с ним в состоянии симпатии».
«Каждое растение состоит в симпатической связи с Макрокосмом, а потому также и с Микрокосмом, или, иначе говоря, с Констелляцией и Организмом… и всякое растение словно бы земная звезда… Существует множество растений – земных представителей звездных влияний, – соответствующих свойствам звезд и притягивающих влияния звезд…»
«В период преобладания влияния планеты ее сущность будет особенно сильно притягиваться растениями и органами животных, которые находятся в гармонии с ней; эта лучистая планетарная сущность является не чем иным, как эликсиром жизни, невидимым носителем жизни, присущим самой планете…» Лекарство, которое может помочь в одно время, в другое может принести вред в зависимости от преобладающего влияния планет.
Парацельс считал очень важным следить за тем, в каком виде используются растения – свежими или засушенными, в какое время дня или ночи, при каких соединениях планет они были собраны, в какое время применяются. Каждое растение должно быть собрано в те часы, которыми управляет планета, связанная с ним узами симпатии, а его сущность
Парацельс утверждал, что благодаря пониманию взаимодействий в Макро– и Микрокосме можно найти множество способов излечения болезней.
«Болезни тела могут быть исцелены физическими средствами либо силой духа, действующего через душу. Болезни души исцеляются силой духа (и силой воображения. –
«Сила амулетов заключается не столько в материале, из которого они сделаны, сколько в вере, с которою их носят; исцеляющая сила лекарства зачастую состоит не столько в духе, заключенном в нем, сколько в духе, с которым его принимают. Вера сообщает ему действенность; сомнение уничтожает его достоинства…»
«Лучшее лекарство от всех болезней – сильный разум, озаренный внутренним светом мудрости, исходящей от Бога…»
Врач – это философ-жрец. Мудрость врачу дается природой и богом
Парацельс считал, что истинный врач должен знать строение Вселенной так же хорошо, как и строение человека. Он должен быть анатомом, физиологом, астрономом, алхимиком и философом.
Но изучение этих наук по книгам принесет ему мало пользы, он должен понимать все силой своего внутреннего восприятия, своего духовного зрения.
«Медицина есть более искусство, нежели наука… все знания мира не сделают человека врачом, если у него нет необходимых способностей и ему не назначено природою быть врачом».
«Если врач ничего не знает о больном кроме того, что тот рассказал ему, он поистине знает очень мало…»
«Врачу не нужно читать книги… Ему следует собственными глазами смотреть в книгу природы и обрести способность понимать ее».
«Необходимо, чтобы врач был посвящен в искусство (магии. –
«Врачу следует быть слугою природы, а не врагом ее; ему надлежит вести и направлять ее в ее борьбе за жизнь, а не воздвигать своим неразумным вмешательством новые препятствия на пути исцеления».
«Духовно развитый провидец (и подлинный врач. –
«Врачебную науку можно постичь изучением, но врачебная мудрость дается Богом».
Многие изречения Парацельса были поистине пророческими:
«Истинная наука может многое, у вечного Знания всего сущего нет ни возраста, ни начала, ни конца. То, что ныне считается невозможным, будет претворено в жизнь, неожиданное сегодня в будущем окажется истиной, и то, что в одном веке зовут суеверием, в следующем станет основой общественной науки».