Читаем Геноцид карпаторусских москвофилов – замолчанная трагедия ХХ века полностью

Navelka F.J. -Zapisky z vyhnanstvi. Praha, 1920.

Navelka F.J. -На италья^кия позиции и обратно. Воспоминания из всемирной войны. Прага, 1925. 76 стр. с илл. (На чешском языке). (Эта книга, как и остальные печатные памятники проф. Гавелки («Записки из изгнания», «Дети-мученики» и др.) об ужасах в австро-венгерских лагерях Талергофа, Геленсдорфа и пр. Содержит много рефлексий на довоенное время и на новые переживания во время войны — она бросает луч света на ужасное положение славянских народов под игом Австрии, а особенности на положение русских и чехов. См. «Русский Голос»,1925,№ 122).

Hold ludnosci ruskiej. «Gazeta Lwjwska», 1929, Nr.261.

Im Namen Seiner Majestat des Kaisers! K. K. Landwherdivisionsgtritht in Wien, Dst. 70/14/ 945, Wien, 17. Februar 1917.69 S. Fol.

Приговор по делу Д-ра Кассиана Дмитриевича Богатырца и тов. о государственной измене, которым 16 подсудимых были приговорены к смертной казни через повешение.

Istota moskalofilstwa «starorusinow» galicyjskich. «Biuletyn polsko-ukrainski», Warszawa, 1935, Nr.5(92).

Kantineure im Thalerhof. «Neue Freie Presse», Wien, 18/6 1916.

Karbulitzki Narion.-Die Henkerein in der Bukowina. Sehluss zur Polemik mit Oberst Seeliger aus Anlass der von General Fischer erschienenen Memoiren «Warum Tauzende sterben mussten». Cernauti, 1929, 24 S. (Русский перевод Р. Д. Мировича, 1962).

Klein E.-Ulanenritt. «Neue Freie Presse», Wien, 1914, Nr. 18008. (Перевод: «За що?»-см. «Ил. Календарь о-ва им. М. Качковского на г. 1920», Львов, 1919).

Kulisova Tana.-Mala pevnost Terezin. Narodnihrbitov Ghetto. Paha, 1961.

Karpacki jeniec. «Slowo Polskie», Lwow, 14/xii 1914, Nr. 563. («Piotr. Ajencia tel. dn. 13/1 b. m. Donosi, ze jeniee austryjacki,pod-ofieer pochodzacy z Galieji, wziety na przeleezy Wyszkowskiej, opowiada, ze podczas ofenzywy Austryjakow na Doline nie byla wios-ki, w ktorejby oni nie powiesili 2–3 ludzi. Wieszali wegierscy zandarmi polowi wedlug wskazowek miejscowych zydow. Zydzi podezas cofania sie Austryjakow wszyscy uciekli za austryjackimi oddzialami. Opowiadajacyspotykal ochotnikow ukrainskich z posrod Huculow. Przeklinali oni swych przewodcow, ktorzy ich namowili do walki w austryjackich szeregach».

Nad hrobem 1767 muceeniku. «Nedelni list», Praha, 1937, Nr. 163.

Ku czci b. wiezniow Thalerhofu.Imponujace uroczystosci starorusinow we Lwowie. «Gazeta Poranna», Lwow, 1934, Nr. 10. 673.

Lasocki Zygmunt.-Polacy w austrackich obozach barakowych dla uchodzcow i internowanych. (Wspomnienia z czasow wojny swia-towej bylego posle do parlamentu austrjackiego), Krakow, 1929. 313 VII str.

Lfsocki Z.-Речи в австрийском парламенте 12/7 1917 г. И 12'3 1918 года. Stenographisches Protokoll. Haus der Abgeordneten. XXII Session. 18 Sitzung, S. 919… und 71. Sitzung, S. 3600…

Lasocki Zygmunt.-Wychodztwo wojenne. «KurjerLwowski», 1915, Nr. 193.

Lipinski Stanislaw.-Rusini (Starorusini). «Wola i czyn», Lwow, 1937,k Nr. 5.

Lozynskyj Michael.-Die russische Propaganda und ihre polnisches Gonner in Galizien. Nerausgegeben vom allgemeinen ukrainischen Nationaltat in Osterreich. Berlin, 1914.

Orlowiez Mieczyslaw dr.-Jaroslaw, jego prezeszlosc i zabytki. (Przezornik ilustrowany). Lwow-Warszawa, 1921. 140 str. (str. 72: «Entuziazm na rzeez Austrji nie by! Jednak powszechny. Wladze wojskowe austrjackie nie robily sobie z malkontentami wielkich care-monji. Jeednych stawiano poprostu pod murami ratusza, gdzie ich rozstrzeliwano na podstawie zarzadzenia pierwszego lepszego niemieckiego lub wegierskiego oficera, a slady kul w murach ratusza swiadcza dotychczas o tym rodzaju wymiaru sprawiedliwosci austr-jackiei. Innych, Przewaznie Rusinow z obozu t. Zw. Moskalofilskiego, wywieziono masowo do obozu internowanych w Thalerhofie kolo Gracu, gdzie wsrod okropnych warunkow higjcnicznych i moralnych trzymano ich przez lat trzy». Str. 73: «Po zdumieni uwywolanem przez nadspodziewany oporrosyjski przyszla kolej na paroksyzm wsciek-losci. Sztab austrjycki, na ktorego czele stal wrogo dla Polakow usposo-biony arcyksiaze Fryderyk z Cieszyna, cheac oczyscie sie opinji austr-jackiej i wegierskiej z poniesionych klesk, rozpuscil wiesci, ze przyezy-na niepowodzen austrjackich sa polscy i ruscy szpiegowie w Galicji i zaezeto tych szpiegow szukae. W Jaroslawiu, podobnie jak w innych miejscowosciach Galicji, rozpoczely sie masowe aresztowania ludzi najniewinniejszych. Zaprawieni w bezmyslnych okrucienstwach honwedzi wegierscy, ktorym w historji tej wojny nalezy sie osohna hanieb-na karta, szukalitych szpiegow ze szezegolnem zamilowaniem. Rozstrzeliwaliwielu bez sadu, bez najmniejszych nawet indagacyj. Podpalanie wsi, rabunki i gwalcenie kobiet byly na porzadku dzien-nym»…

Peklo Solvanu v Thalerhofu. «Nedelni list», Praha, 1937, Nr. 163.

Perfecki Vladimir.-Verteidigungsscnrift des k. k. Ldst. Feuerwerkers mit Einjahrig-Freiwilligen Abzeichen Vladimir Perfecki fur die Offiziersversammlungen am 21 und 22 August 1918. (Из семейного архива).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука