К этому стоит добавить, что порой к сбитым относился любой задымивший «Ме-109». Но конструкция мотора этого истребителя была такова, что на форсаже он часто дымил сам по себе.
Упомянутый Галландом налет на Швейнфурт 14 октября 1943 года был одним из самых опасных для германской экономики. Здесь располагался единственный в рейхе крупный шарикоподшипниковый завод, снабжавший своей продукцией германскую промышленность. В случае повторения налетов и выведения завода из строя на длительный срок вся германская экономика встала бы. Если бы налеты продолжались в течение четырех месяцев, военное производство впало бы в коллапс. К счастью для немцев, 60 из участвовавших в налете 315 «летающих крепостей» были сбиты, а еще 100 — повреждены. Из 300 немецких истребителей, участвовавших в бою, погибли 25, тогда как американцы донесли об уничтожении 228 самолетов противника, в 9 раз преувеличив свои заслуги.
Как констатирует Галланд, «осенью 1943 года потери среди американских бомбардировщиков резко увеличились, тогда как среди немецких истребителей по-прежнему не превышали допустимых пределов».
Однако к началу 1944 года в воздушных сражениях над Германией произошел перелом. Во-первых, союзники начали «челночные» бомбардировки. Соединения «летающих крепостей» вылетали из Англии и, отбомбившись, приземлялись на базах в Алжире, откуда опять взлетали в направлении Англии и бомбили германские города. Тем самым увеличилась интенсивность налетов и расширилась их география, что затруднило концентрацию германской истребительной авиации для противодействия бомбардировкам. Кроме того, с появлением в конце 1943 года американского самолета «Р-51» «мустанг» увеличился радиус действия истребителей сопровождения.
Когда 6 марта 1944 года 672 американские «летающие крепости» совершили свой первый массированный налет на Берлин, им смогли противостоять только 200 немецких истребителей, причем их потери на этот раз были вдвое больше, чем у противника. Если за весь 1943 год британские ВВС обрушили на Германию 136 тысяч тонн бомб, то за первые три месяца 1944 года — уже 56 тысяч тонн, то есть в 1,7 раза больше в месячном исчислении. По поводу этих налетов Геринг говорил Галланду:
«Немецкий народ воспринимает это как наказание Германии».
Геринг, едва ли не единственный из вождей рейха, неоднократно посещал германские города сразу после завершения наиболее мощных налетов союзной авиации, заходил в бомбоубежища и беседовал с людьми. Его по-прежнему любили, ему верили, шутливо называя «Толстяком». Говорили: «Он беспокоится о нашей судьбе — не то что другие вожди».
В качестве одного из способов борьбы с «летающими крепостями» всерьез рассматривалась возможность формирования эскадрилий из пилотов-смертников, которые должны были таранить вражеские бомбардировщики. Галланд вспоминал: