Читаем Герман Геринг. Железный маршал полностью

К этому стоит добавить, что порой к сбитым относился любой задымивший «Ме-109». Но конструкция мотора этого истребителя была такова, что на форсаже он часто дымил сам по себе.

Упомянутый Галландом налет на Швейнфурт 14 октября 1943 года был одним из самых опасных для германской экономики. Здесь располагался единственный в рейхе крупный шарикоподшипниковый завод, снабжавший своей продукцией германскую промышленность. В случае повторения налетов и выведения завода из строя на длительный срок вся германская экономика встала бы. Если бы налеты продолжались в течение четырех месяцев, военное производство впало бы в коллапс. К счастью для немцев, 60 из участвовавших в налете 315 «летающих крепостей» были сбиты, а еще 100 — повреждены. Из 300 немецких истребителей, участвовавших в бою, погибли 25, тогда как американцы донесли об уничтожении 228 самолетов противника, в 9 раз преувеличив свои заслуги.

Как констатирует Галланд, «осенью 1943 года потери среди американских бомбардировщиков резко увеличились, тогда как среди немецких истребителей по-прежнему не превышали допустимых пределов».

Однако к началу 1944 года в воздушных сражениях над Германией произошел перелом. Во-первых, союзники начали «челночные» бомбардировки. Соединения «летающих крепостей» вылетали из Англии и, отбомбившись, приземлялись на базах в Алжире, откуда опять взлетали в направлении Англии и бомбили германские города. Тем самым увеличилась интенсивность налетов и расширилась их география, что затруднило концентрацию германской истребительной авиации для противодействия бомбардировкам. Кроме того, с появлением в конце 1943 года американского самолета «Р-51» «мустанг» увеличился радиус действия истребителей сопровождения.

Когда 6 марта 1944 года 672 американские «летающие крепости» совершили свой первый массированный налет на Берлин, им смогли противостоять только 200 немецких истребителей, причем их потери на этот раз были вдвое больше, чем у противника. Если за весь 1943 год британские ВВС обрушили на Германию 136 тысяч тонн бомб, то за первые три месяца 1944 года — уже 56 тысяч тонн, то есть в 1,7 раза больше в месячном исчислении. По поводу этих налетов Геринг говорил Галланду:

«Немецкий народ воспринимает это как наказание Германии».

Геринг, едва ли не единственный из вождей рейха, неоднократно посещал германские города сразу после завершения наиболее мощных налетов союзной авиации, заходил в бомбоубежища и беседовал с людьми. Его по-прежнему любили, ему верили, шутливо называя «Толстяком». Говорили: «Он беспокоится о нашей судьбе — не то что другие вожди».

В качестве одного из способов борьбы с «летающими крепостями» всерьез рассматривалась возможность формирования эскадрилий из пилотов-смертников, которые должны были таранить вражеские бомбардировщики. Галланд вспоминал:

Перейти на страницу:

Все книги серии Историческое расследование

Разгадка 1937 года
Разгадка 1937 года

Более семидесяти лет событий 1937 года вызывают множество вопросов. Почему в Советской стране, переживавшей период всестороннего бурного развития, вдруг начались массовые аресты и расстрелы? Почему репрессии совпали с проведением первых в советской истории всеобщих, прямых, равных и тайных выборов? Кто хотел репрессий и кто больше всего пострадал от них? Каким образом их удалось прекратить? Был ли Сталин безумным маньяком? Кем были его политические противники в партии? Как Сталин одолел их? Что было главным идейным оружием Сталина? Каковы были достижения и теневые стороны сталинской революции сверху? Кем были коммунисты 30-х годов и многие ли из них знали марксизм-ленинизм? Кто стоял за убийством Кирова? Почему Серго Орджоникидзе покончил жизнь самоубийством? Каких перемен в обществе хотел Сталин и почему многие партийные руководители противились им? Сталин ли развязал те репрессии, которые ныне называют «сталинскими»?В книге раскрыты причины, движущие силы и острые перипетии внутрипартийной борьбы, которая сопровождалась беспрецедентным количеством арестов и казней за всю советскую историю. Этот кровавый и драматичный конфликт изобиловал острыми коллизиями и неожиданными поворотами. В то же время эта борьба не завершилась прекращением репрессий. В книге говорится, как и почему не была вовремя сказана правда о событиях 1937 года, как они стали минами замедленного действия, которые в конечном счете разрушили советский строй и Советский Союз.«Разгадка 1937 года» развенчивает мифы о событиях 75-летней давности, которые до сих пор затуманивают общественное сознание и мешают узнать историческую правду.

Юрий Васильевич Емельянов

История / Образование и наука
Взлет и падение «красного Бонапарта». Трагическая судьба маршала Тухачевского
Взлет и падение «красного Бонапарта». Трагическая судьба маршала Тухачевского

Еще со времен XX съезда началась, а в 90-е годы окончательно закрепилась в подходе к советской истории логика бразильского сериала. По этим нехитрым координатам раскладывается все. Социальные программы государства сводятся к экономике, экономика к политике, а политика к взаимоотношениям стандартных персонажей: деспотичный отец, верные слуги, покорные и непокорные сыновья и дочери, воинствующий дядюшка, погибший в противостоянии тирану, и непременный невинный страдалец.И вот тогда на авансцену вышли и закрепились в качестве главных страдальцев эпохи расстрелянный в 1937 году маршал Тухачевский со своими товарищами. Компромата на них нашлось немного, военная форма мужчинам идет, смотрится хорошо и женщинам нравится. Томный красавец, прекрасный принц из грез дамы бальзаковского возраста, да притом невинно умученный — что еще нужно для успешной пиар-кампании?Так кем же был «красный Бонапарт»? Невинный мученик или злодей-шпион и заговорщик? В новой книге автор и известный историк Елена Прудникова раскрывает тайны маршала Тухачевского.

Елена Анатольевна Прудникова

Военное дело / Публицистика / История / Образование и наука
Адольф Гитлер. Жизнь под свастикой
Адольф Гитлер. Жизнь под свастикой

Прошло уже немало лет с тех пор, как Гитлер покончил с собой, но его имя по-прежнему у всех на слуху. О нем написаны многочисленные монографии, воспоминания, читая которые поражаешься, поскольку Гитлер-человек не соответствовал тому, что мы называем НЕМЕЦКИМ ХАРАКТЕРОМ.Немцы, как известно, ценят образование, а Гитлер не имел никакой профессии. Немцы обожествляли своих генералов и фельдмаршалов. А Гитлер даже на войне не получил офицерского звания, так и остался ефрейтором! Германию 1920–1930-х годов охватил культ спорта. Гитлер не занимался спортом: не плавал, не ходил на лыжах, не играл в футбол.В чем же дело? Почему Гитлеру удалось превратить демократическую Веймарскую республику в тоталитарное государство и стать диктатором? Предлагаемая читателю хроника жизни Гитлера дается на широком историческом фоне и без навязывания автором своей точки зрения. Пусть читатель сам сделает выводы. Материала для этого более чем достаточно!

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»
«Ахтунг! Покрышкин в воздухе!»

«Ахтунг! Ахтунг! В небе Покрышкин!» – неслось из всех немецких станций оповещения, стоило ему подняться в воздух, и «непобедимые» эксперты Люфтваффе спешили выйти из боя. «Храбрый из храбрых, вожак, лучший советский ас», – сказано в его наградном листе. Единственный Герой Советского Союза, трижды удостоенный этой высшей награды не после, а во время войны, Александр Иванович Покрышкин был не просто легендой, а живым символом советской авиации. На его боевом счету, только по официальным (сильно заниженным) данным, 59 сбитых самолетов противника. А его девиз «Высота – скорость – маневр – огонь!» стал универсальной «формулой победы» для всех «сталинских соколов».Эта книга предоставляет уникальную возможность увидеть решающие воздушные сражения Великой Отечественной глазами самих асов, из кабин «мессеров» и «фокке-вульфов» и через прицел покрышкинской «Аэрокобры».

Евгений Д Полищук , Евгений Полищук

Биографии и Мемуары / Документальное
Актерская книга
Актерская книга

"Для чего наш брат актер пишет мемуарные книги?" — задается вопросом Михаил Козаков и отвечает себе и другим так, как он понимает и чувствует: "Если что-либо пережитое не сыграно, не поставлено, не охвачено хотя бы на страницах дневника, оно как бы и не существовало вовсе. А так как актер профессия зависимая, зависящая от пьесы, сценария, денег на фильм или спектакль, то некоторым из нас ничего не остается, как писать: кто, что и как умеет. Доиграть несыгранное, поставить ненаписанное, пропеть, прохрипеть, проорать, прошептать, продумать, переболеть, освободиться от боли". Козаков написал книгу-воспоминание, книгу-размышление, книгу-исповедь. Автор порою очень резок в своих суждениях, порою ядовито саркастичен, порою щемяще беззащитен, порою весьма спорен. Но всегда безоговорочно искренен.

Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Документальное