Хас пожал плечами. Изобразил на лице глуповатую улыбку и бодро зашагал за волей идущим, след в след. К сожалению, Карима это не проняло, или он умел изображать равнодушие как никто другой, но больше он не издал ни звука, пока их процессия не добралась до порта. В порту отмалчиваться он не смог. Сначала патрульные долго к ним принюхивались, наверное сказалось путешествие по канализации и помойке. Потом стали требовать документы и лично от волей идущего регистрацию, чем именно он так не понравился местным стражам порядка, осталось непонятным. Карим всех проклял, ткнул лысому амбалу под нос сначала свой кулак, с чипом вшитым под кожу на запястье, а потом синий кристалл с чьим-то воззванием. А когда парень окончательно впал в ступор от такой наглости, потряс перед его носом потрепанной бумажкой с кучей гербов и печатей. Вид бумажки амбала убедил, он вытянулся в струнку, отдал честь и проникновенно рассказал, где находится ближайший душ и сколько стоит в местных магазинах чистая одежда и обувь.
— Тебя здесь уважают, — заметил Хас.
За это Карим наградил его испепеляющим взглядом, пробормотал очередное проклятье на гортанном, порывистом языке и рванул в направлении кораблей, пока к их живописной и очень ароматной группе не подошел еще один страж порядка. Хас удовлетворенно улыбнулся, весело подмигнул Северу, от чего беднягу перекосило, и повторил маневр волей идущего. Ему же еще записку нужно было оставить, а он все еще не выпытал у, взявшего на себя обязательства проводника, Карима куда именно они направляются.
Ника
Ника.
— Леди, для вас записку оставили.
Ника вздрогнула, медленно обернулась и очень нехорошим взглядом посмотрела на говорившего. Из-за этих записок ей очень хотелось кого-нибудь убить. Желательно дракона.
А как все хорошо начиналось.
Держателю Нереме непонятным образом удалось найти принца и он, по неизвестной никому кроме него причине, присоединился к Александэру в его бессистемных скачках по галактике. Летал держатель, к безудержному восторгу Ники, на личном корабле, давно оборудованном системой называемой за глаза "подарком для телохранителей". Система обязательно отмечалась на любой остановке и отсылала сообщение ближайшему военному кораблю родного королевства, что позволяло в случае чего надеяться отыскать пропавшую важную личность.
Держатель, похоже, о дополнениях к своему кораблю не знал, иначе давно бы их снял и пообещал веселую жизнь всем, кто имел отношение к тому, что эти дополнения появились. Ника знала. Никому рассказывать не собиралась, да еще и летала на военном корабле, личного у нее не было. Когда после долгих расспросов и просьб описать людей присоединившихся к Александэру Ника поняла, кто именно опередил ее в этих гонках, она обрадовалась. Выгнала всех взломщиков, навела на корабле железную дисциплину и радостно помчалась к месту первой остановки корабля держателя.
На третьей посещенной планете радости поубавилось.
На четвертой ей торжественно вручили первую записку, которую она сочла ничего не значащей глупой шуткой. С тех пор записки ей вручали везде, а экипаж пытался любым способом выведать что же там писали и почему небольшие клочки бумаги превращают Нику в разъяренную фурию. Она бы им с радостью объяснила, только боялась, что в процессе может кого-то случайно пристрелить.
И вот опять.
Затрапезного вида мужичок робко приблизился к излучающей злость девушке, аккуратно подал ей свернутую в несколько раз бумажку, на этот раз веселого оранжевого цвета, и быстренько отошел, наверное почувствовал как рада Ника этой записке. Сошедшие с корабля вместе с Никой парни добросовестно попытались изобразить равнодушие, при этом мелкими шажками стали сокращать расстояние между собой и очередным посланием их командирше. Ника злобно всех осмотрела, от чего парни понятливо застыли на месте и вернулись к своей роли телохранителей, подозрительно осматривающих местность.
Чертов дракон.
Записка на этот раз отличалась не только цветом, но и содержанием. Ни одного слова намекающего на недогадливость Ники или невозможность успеха ее миссии. Сплошная вежливость и добродушие. Что бы это значило?
Ника перечитала еще раз.
Осмотрела бумажку с другой стороны, на всякий случай посмотрела на мужичка, словно он мог что-то подменить, с таким-то лицом, и тяжко вздохнула.
— Возвращаемся на Светлую.
Парни дружно вскинули головы и недоверчиво на нее уставились.
— Почему? — разочарованно поинтересовался самый нетерпеливый.
— Потому! — рявкнула Ника.