Томми не отрываясь смотрел на пульт.
— Он находится черт знает как далеко. Но, похоже, доктор в паре миль от шоссе. — Он перевел дыхание. — Группа быстрого реагирования уже на выезде.
По глазам Томми я поняла, что он представляет себе несущегося по ухабистой грунтовой дороге доктора Кантуэлла, надеющегося благополучно выскочить на Триста девяносто пятое шоссе.
В трубке переговорного пульта слышался шум. Кантуэлл пыхтел от натуги, визжали шины.
Снова голос диспетчера:
«— Доктор Кантуэлл, вы сказали, ваша жена…»
Он зарыдал.
«— Тони мертва. Я видел, как она лежала на полу… как он вцепился в нее, словно зверь!»
Моя мать вскрикнула и прикрыла рот рукой.
«— Где это произошло, сэр?
— В моем доме. Позвоните детективу Чангу».
Томми не отрываясь смотрел на пульт.
«— Койот невысокого роста. Одет в черное. Да, волосы… На нем был парик, но Тони сорвала его. Под париком у него короткий неровный ежик, будто он обрил голову охотничьим ножом.
— Это тот, кого мы разыскиваем?
— Да! И его одежда перепачкана в… — он говорил с трудом, почти задыхался, — в крови!»
Из переговорника донесся какой-то громкий металлический лязг.
Мой отец заметно разволновался:
— Боже! Этот Койот таранит его!
У Кантуэлла громче взревел мотор. Мы слышали скрежет металла о металл и вопящего от ужаса Кантуэлла.
«— Доктор Кантуэлл!.. Сэр, вы на связи?
— О Господи, да он у меня за спиной! Уже колотит мне решеткой по фарам!..
Он снова завопил от ужаса.
— Сообщите детективу Чангу! Этот Койот, его глаза… Скажите им, что они ошибались, что они…»
Раздался глухой удар. Взвизгнули шины. Доктор, кажется, уронил мобильник, звук стал совсем приглушенным.
А вопли доктора превратились в громкий вой. Это был протяжный крик ужаса. У меня мурашки побежали по спине, а ногти буквально впились в ладони.
— Осталось чуть-чуть, — произнес Томми. — Шоссе уже где-то рядом. Видимо, всего лишь спуск. — И, хотя Кантуэлл не мог его слышать, наклонился к пульту: — Держитесь на связи, док! Патруль уже в пути!
До нас снова донесся приглушенный голос Кантуэлла:
«Он отстал! Я отрываюсь от него!»
Но в тот же момент мы услышали громкий нарастающий рев мотора. Как выяснилось, Кантуэлл не смог оторваться. Койот плотно сидел у него на хвосте. Мать схватила меня за руку. Рев обоих моторов слился в один оглушительный звук. Я отвернулась, но все равно слышала, как ужасно кричал Кантуэлл.
Рассекая загазованный воздух, пикап мчался на восток, в Голливуд. Джесси уже в третий раз проскочил на красный свет. Он гнал так нарочно — чтобы Суэйзи не могла выпрыгнуть на ходу.
Женщина возбужденно озиралась по сторонам, словно голодная сова.
— Кай была голливудской уличной оторвой до того, как ее зачислили в армию, и вместе с матерью-наркоманкой жила в убогой квартирке на Франклин-авеню.
— А тебе это откуда известно?
— Однажды она удрала из Чайна-Лейк, и мы нашли ее на крыше этого дома. Матери уже не было в живых, но она все равно вернулась в родимое гнездышко. Может и сейчас сделать это.
Джесси искоса наблюдал за Суэйзи. Конечно, она действовала, руководствуясь исключительно собственными интересами. Ее единственная надежда выпутаться из этих неприятностей состояла в том, чтобы не дать Койоту попасть в руки полиции, потому что только так она еще могла его использовать.
— ФБР ты ничего не сказала про эту квартиру. Так ведь?
На лице ее было написано: «Не будь идиотом!»
— А почему ты не поехала туда раньше? — спросил Джесси.
— Я подъезжала к дому, но в дверь постучать не могла. Она знает меня в лицо, — посмотрела на него Суэйзи. — А вот ты можешь постучать в дверь.
— Меня Койот тоже знает в лицо. — Он смерил ее пристальным взглядом. — Так ты думаешь, она бы тебя убила?
— В два счета. Она же теперь психопатка. Судя по всему, речь идет о патологической бессоннице, галлюцинациях наяву, об изменениях сознания, вызванных невозможностью испытывать боль, и полной потере самоконтроля. У нее больше нет тормозов.
— Выходит, она захочет убить и меня?
— Ну… я думаю, этот пистолет заряжен?
Джесси выехал на улицу Вайн.
— А кто поручил ей осуществлять эту чистку?
Суэйзи разглядывала свои ногти.
— Ее начальницей по проекту была ты?
Она сковырнула заусеницу.
— А с чего это Кай пустилась во все тяжкие? — не отставал Джесси.