Вслушиваюсь. Лишь когда утихли печати, я смог расслышать происходящее в других комнатах, и…
Услышал шум и перепалку.
«Да ну ёп…», — вздыхаю, — «Аргх!»
Быстро выхожу из дома и вижу, как приехал примерно тот же грузовик, что и перевозил архитектора в тюрьму! На улице стоят два старика и трое мужиков в форме конвоиров.
«Блядство!»
— Вы арестованы! Оба! — орут полицейские.
— Не смейте его трогать! — кузнец попытался дать отпор, но его, как и брата, заломали, — Твари! Мы не сделали ничего плохого!
— За побег и сокрытие оба присядете! — рявкнул мужик, — Всё, уводите… — поднимает глаза.
Меня заметили. Кузнец, проследив за взглядом врага, тоже меня увидел.
Как они нашли это место?.. Неужели кто-то из соседей сдал? Написал донос? Или здесь слежку поставили? Твою мать, ну точно ведь! Если в первый день мы успели, то на второй наверняка к дому его брата кого-то да подставили!
— Ты! Ты постоянно к ним наведываешься! — третий конвоир, что не был занят, пошёл на меня, — Тоже с нами пой…
Выставляю руку. Со спины вырываются десятки чёрный лоскутов!
— А?-?А??-А??-??А?!?
– с призрачным воплем щупальца пролетают всё расстояние и хватают врага!Я дёргаю рукой и притягиваю мужика!
Напрягаю мышцы. Сжимаю кулак.
«Демоническая сила!», — и вливаю энергию в удар.
БАХ! В конце даже замедляю удар, чтобы не пробить ему внутренности и не убить!
— Кха-а-а! — он протяжно выдохнул и потерял сознание.
Его друзья подняли на меня голову.
— Ах ты!..
Но было поздно. Мои крылья Кошмара, щупальца со спины, всё это время медленно расползались по земле, и теперь как раз достигли мужчин.
Они коснулись их ног и аккуратно их оплели.
Мужчины замерли. Их дрожащие руки отпустили стариков, и японцы поскорее отошли, глядя широкими глазами на происходящее.
На… оплетённых чёрными лоскутами застывших жертв.
Выставленной рукой я направлял щупальца, и те ползли по телам, сковывая врагов в подобие кокона. Их мышцы слабли. Воля меркла. Сознание путалось. Эффект, сродни Кошмару, заполнял всё их тело, и чем дальше оплетали лоскуты, тем больше жертва теряла волю… ко всему.
В этом их сила. Это паутина. Стоит в неё попасть, как с каждой секундой выбраться всё тяжелее.
А после паралича и вовсе невозможно.
И чем я сильнее, тем длиннее и больше мои крылья. И всё дойдёт до того… что я просто смогу оплести ими всю планету. Пам. Словно единой сетью коллективного разума. И никто от меня не скроется. Такова сила Кошмара.
От него невозможно скрыться.
Я огляделся. Чёрные щупальца тянулись через всю улицу, и было это, мягко скажем, палевно.
Сжимаю кулак, и тела потянулись ко мне!
— Господин, мы не знаем, как они нас нашли! — подошёл кузнец, — Они…
— За мной, — хмурюсь.
Хреново. Что-ж за напасти такие с этим нагнетателем частиц! То Ивао, то конвоиры! Сука, ну ни дай бог он против Теодора не поможет!
Я швыряю трёх мужик в дом, и мы закрываем дверь. Казалось бы, всё успешно, пытай и стирай память, но…
— Пш, — зашипела рация.
Я чуть расслабляю щупальца на одном из мужиков, чтобы они не перекрывали звук.
— Пш, приём, — раздаётся в рации, — Как там? Доложить.
Твою мать… естественно они связались с базой. Да ну ёп его! Ну что всё так сложно-то?!
— Ты… урод… что творишь?! — прохрипел освобождённый мужик с рацией, — Ты понимаешь, что тебе конец! Ты укрываешь политического преступника!
Да, это и впрямь хреново. И никакие конкурсы красоты от гнева государя меня не спасут. А воевать со всеми полицейскими, а потом и военными города, если обо мне расскажут… я не смогу. Да и не надо. Это крайне глупо.
Ладно. Действуем хитрее. Как я привык.
Прикрываю глаза.
Касаюсь горла своими чёрными когтями.
«Формирование гортани пересмешника»
С шеи падают лоскуты мяса. Образуются небольшие отверстия, похожие на закрытый воздуховод. Это он и был, практически.
Открываю глаза. Смотрю на мужика.
— Ты ещё можешь уменьшить срок, если просто нас отпустишь! — прохрипел он.
— Т?ы? е??щё?? мо???ж??е???ш??ь ум??ен??ь?ш?и?т???ь с?ро?к?,? е?сл??и? пр??осто? н?а?с о??тпу?с?т?и?ш?ь?!
– прикрытые отверстия начали шевелиться словно клапаны, подбирая тональность.— Ч-что?..
—
— Что ты… нахрен творишь?
—
— Эй!
—
— Только попробуй…
—
Всё.
Беру рацию. Нажимаю на начало связи и, взглянув в полные ужаса мужские глаза… с улыбкой отвечаю совершенно чужим голосом.
Гортань его смикикрировала.
—
— Пш. Чё?! — отвечают на том конце, — Ты смеёшься?! Да я уже премию отмечать собрался! Как не он?!