Наконец то я удостоился стать пенсионером. Врачебная комиссия признала у меня потерю трудоспособности на 90 %, а потому социальное обеспечение признало, что к труду не способен и за мои тридцатилетние труды на общественной службе подлежу и общественному обеспечению. На днях выдали мне за ноябрь месяц ровно 800 руб. или 1 руб. золотом. Ничего, можно жить! На эти 800 руб. можно купить на базаре ровно пол пуда ржаной муки — и больше ничего. Нечего сказать — обеспечили здорово… Странно, согласно кодексу законов по социальному обеспечению, инвалид по 1-й группе получает средний месячный заработок, по 2-й — 2/3, а по 3-й –1/2 средней заработной платы. Средний заработок по местным условиям считается 6 руб. золотом, следовательно, мне надлежит получать по 3 р. золотом, а так как курс руб. в то время был 800 руб., значит я, согласно закону, должен был получить 2400 руб. Выдали почему-то только 800 руб. Куда же пошли 1600 руб., т. е. 2/3 следуемого мне? Я склонен думать, что эти 2/3 идут в пользу учреждения. Не много ли? Центр, конечно, не знает об этом (
Ух! Хоть бы скорей конец! Я искренно хочу поскорей уйти от этой горькой жизни. Да что мне эта жизнь даёт кроме сомнений и огорчений?
Чьи заслуги выше: декабристов или большевиков? Вот вопрос, который меня интересует. Мне думается, чем бескорыстней стремление к осуществлению той или другой идеи, чем рискованней выполнение той или другой задачи на пути борьбы со злом и насилием, тем выше заслуги борцов. Впрочем, об этом двух мнений быть не может. Человек, идущий на верную гибель лишь только для того, чтобы завоевать благополучие для ближнего в евангельском смысле, зная заранее, что ему не придётся пользоваться плодами своих трудов; сознательно отдающий свою молодую жизнь в жертву для блага другого, достоен имени святого. Декабристы, когда вышли с требованием свержения самодержавия, хорошо знали своё бессилие побороть врагов народов, хорошо знали, что за такой протест они погибнут, тем не менее, ни у одного из них на минуту не промелькнула мысль отказаться от этого рискованного шага. Они решили открыто заявить протест, указать публично, сказать громогласно, что самодержавие есть преступление, дабы будущие поколения видели пример открытого протеста. «Мы сложим свои головы за правое дело, но наше дело не умрёт с нами», — говорили декабристы. Большевики же боролись и борются с капиталистами за благо, коим они также рассчитывают пользоваться наравне с другими или даже больше других. Бывшие рабы восстают против своих владельцев и хотят завоевать себе положения владельцев, а последних обратить в рабов или совсем уничтожить. Тут мы наблюдаем борьбу не за идею, а чисто реальную борьбу, борьбу за своё материальное благополучие. Следовательно, заслуги декабристов сияют, как лучи солнца над всеми заслугами борцов всех времён.