Пока они с Евгенией брели по следу от броневика, Сергеич уже передумал взрывать его, как хотел сделать вначале. Такая чудесная машина ещё сослужит ему службу. С ней он вполне сможет вернуть утраченное, ведь перед таким колоссом устоят редкие ворота - утром он доказал свою мощь. И снежные намёты ему не страшны. Развернуть компанию можно прямо сейчас, не дожидаясь прихода весны и стаивания снега. Сперва он заручится поддержкой какой-нибудь шпаны, да хоть тех молокососов, что, по словам Петра, жгли осенью Днепровск. Он пообещает им власть, девок - и дело в шляпе. До тепла можно успеть подмять под себя пару-тройку групп выживших. А потом в рекруты пойдут уже пленные мужики: они, небось, уже и баб себе присмотрели, так что запугать их будет проще простого. Поставит в каждом захваченном поселении своего человека, чтобы за порядком следил, мужиков - на войну, баб - в поле работать - и всё считай налажено. И не будет больше никаких договоров - он один станет вершить судьбы своих подданных. Жаль только с Евгенией придётся расстаться. Она конечно головастая, смышлёная девка, да после сегодняшнего пожара, как кошка палёная - жалко глянуть. Сергеич незаметно покосился на неё.
Евгения шла по второй колее. Она не отставала, но дышала шумно, натужно, и лицо у неё сильно покраснело, будто от жара. Голову она свою забинтовала, как смогла и натянула сверху мягкую шапочку, но на вязаной ткани всё равно уже проступали розоватые мокреющие пятна - под бинтами лопались ожоговые пузыри. Сергеича передёрнуло, как представил, какую боль должна была сейчас испытывать его спутница, но Евгения не заметила его нервозного движения и продолжала идти вперёд, словно заведённая. 'Да она всегда была одержимая! - подумал Сергеич. - Найду себе девку попроще'.
Когда они вышли за город, на небе вдруг обозначился фронт облаков, и вскоре из-за них вышла луна. Сегодня она казалась просто огромной на фоне чёрного бархата с россыпью звёздной пыли в бесконечной дали. Её серебристо-сиреневый свет заливал снежные барханы окружающих полей, и делал свет фонаря ненужным и вульгарным в этой красоте. Сергеич был далёк от поэзии, но вскоре он отшвырнул подальше свой фонарь и тот утонул без всплеска и звука за гребнем снежной волны. Они будто вступили в иной мир. Остался позади город с его мёртвой чернотой и сквозняками в ущельях улиц. Перед ними расстилался простор, наполненный воздухом и звенящей позёмкой.
Евгения вдруг почувствовала, как у неё открывается второе дыхание. Какими же они были дураками, что просидели столько месяцев в каменном лабиринте города! Прав был Пётр, когда настаивал на переселении. Евгения прямо чувствовала, как потоки силы вливаются в её тело, и ускорила шаги. Теперь уже Сергеич не поспевал за ней и пыхтел сзади, что тот боров. Как же он ей опротивел! При случае нужно будет избавиться от него. Она поищет себе помоложе, такого как Кирилл или Тарас. И ничего, что останутся рубцы от ожогов - уменье любовницы всё же при ней и мозги тоже не пострадали от жара, как и прелестное тело пониже плеч. Она любого сможет окрутить и захомутать. А Сергеич всегда был просто недалёким, самовлюблённым чурбаном, которому повезло заиметь умных и сильных помощников. Он поможет ей сегодня рассчитаться с обидчиками, а потом она и его пустит в расход. Евгения еще прибавила шагу, вскоре ей показалось, что след впереди раздваивается, а дальше темнеет какая-то громада.
Через несколько минут они действительно подошли к развилке. След посвежее сворачивал вправо и пускался по полю к тёмной ленте реки, на прямом направлении стояло село, обрамлённое голыми чёрными садами. Евгения остановилась в раздумьях.
- Пошли направо, - пропыхтел Сергеич. - Здесь след свежее.
Евгения хотела пожать плечами, но вспомнила о своих ожогах и вовремя сдержалась. След привёл их к реке с темнеющей огромной полыньёй. На другой берег от неё уводили припорошенные снегом человеческие следы. Сергеич, который уже мысленно присвоил БРДМ себе, возмущённо взмахнул рукой.
- И чего их понесло по льду? Идиоты! Надеюсь, половина потонула вместе с броневиком! - он в сердцах сплюнул и пошёл по следу дальше.
Они едва не провалились в трещину посреди реки, но вовремя заметили тёмный провал и обошли его. Утрамбованной колеи больше не было, по цепочке следов, оставленных людьми, идти было крайне тяжело. Санки вязли в глубоком снегу, то и дело норовили перевернуться и растерять свой груз. Темп их передвижения заметно упал, а между тем уже перевалило за полночь. Сергеич смертельно устал, но останавливаться сейчас было равноценно гибели: раненые и усталые они попросту замёрзнут здесь. Мысль о том, что их противники сейчас нежатся в тёплых постелях и вполне возможно совсем неподалёку, подстегнула Сергеича, и он опередил еле плетущуюся Евгению. Теперь он опять лидировал, а она выбивалась из сил позади него.