- Куго-Юмо! - мелькнула в моей истерзанной переживаниями голове шальная мысль, почти молитва. - Благодарю тебя за то, что ты сжалился надо мной, надел свой волшебный шлем, разящий Землю блеском грозных, испепеляющих всё живое молний, и указал твоему благодарному рабу путь в кромешном мраке его ничтожной жизни!
Будто на крыльях летел я, сопровождаемый раскатами грома, оставив за спиной проклятое болото, а также все связанные с ним ужасы и страхи. Дождь хлестал по разгорячённым щекам, но мне было до жути легко и приятно от ощущения победы над неизведанным, победы над собой.
И только выехав на трассу, я вдруг с недоумением понял, признался себе, осознал, что обстоятельства заставили меня ни больше ни меньше как молиться верховному марийскому богу Куго-Юмо. Странно, ведь я никогда не считал себя язычником.