Легким движением он подошел к ней и остановился совсем близко – слишком близко. Мики почувствовала ауру вокруг него, которая будила в ней чувственность. От его мужского запаха в ее голове начинали путаться мысли, уступая место ощущениям. Ее руки становились неловкими, язык – неуклюжим, а колени дрожали.
– Докажи, что ты меня не боишься, – бросил ей вызов Кейл, глядя на нее широко раскрытыми глазами.
Он придвинулся к ней ближе, глядя на ее пухлые губы. Его голова нависла над ее; внезапно Мики поняла, что ей не хватает воздуха. А когда его рука оказалась на ее талии, Мики почувствовала, что тает, как свеча от огня.
Его рот уверенно накрыл ее губы. Как же мало она знала о поцелуях! По-видимому, Кейлу было известно об искусстве соблазнения много больше, чем она смогла узнать за всю свою жизнь. Он был способен легко преодолеть сопротивление женщины и пробудить в ней желания, о которых она и не подозревала. Ей словно передалась теплота его тела, приносящая какое-то странное успокоение.
Когда Кейл отнял свои губы, Мики продолжала лежать на его сильной груди. Подняв глаза, она увидела его самодовольную улыбку – и это привело ее в чувство. Мики выпрямилась. Она приказала своим ногам отойти в сторону, подальше от искушения.
– Спасибо за то, что одолжил одежду, – тихо выдавила из себя Мики. Так, наверное, блеет ягненок, встретивший на дороге волка. Она тут же обругала себя за то, что ее голос прозвучал так неуверенно. – Мне придется отклонить ваше приглашение на ужин. – Она бросила на него полный подозрения взгляд. – Если я останусь, то могу сама оказаться главным блюдом.
Выбравшись из палатки, Мики на подгибающихся ногах двинулась прочь. Кейл пошел за ней, но вскоре остановился. Опершись на загородку загона, он скрестил руки на груди и смотрел ей вслед. Его буквально околдовывало грациозное движение ее бедер, плотно обтянутых джинсами. Его привлекала в этой женщине и манера держаться, и то, что она способна стать сдержанной и словно отрешенной, после того как за секунду до этого таяла в его руках. Кейл не мог припомнить женщину, которая вызывала в нем такое же желание, как эта стройная фея. Обычно женщинам было достаточно одобряюще улыбнуться, и они бросались к нему даже без приглашений с его стороны. Однако Мики ухитрилась проигнорировать даже то, что они оба чувствовали, когда он ее целовал.
Эта женщина была не единственной, кто одевался подобно мужчине. В лагере дам в брюках и ботинках было много. Кейл всегда любил отвечать на вызов – был ли это дикий мустанг или своенравная женщина. А в Мики Ласситер были и вызов, и соблазнительность.
Мики взобралась на лошадь и двинулась в дорогу, но вдруг остановилась, поскольку Санданс неожиданно стал хромать. Кейл понимал, что Мики не будет рисковать лошадью перед смехотворными, на его взгляд, гонками за землей. И в самом деле, Мики поспешно спустилась и принялась осматривать копыта. Кейл медленно подошел, чтобы помочь.
– Позволь мне взглянуть, – предложил он и мягко отстранил ее от лошадиной ноги.
Мики нахмурилась. Этого еще не хватало!
– Что с ним случилось? Когда я ехала сюда, с лошадью все было в порядке.
– Должно быть, у Санданса застрял камешек в стрелке копыта, – пришел к заключению Кейл. – Не советовал бы тебе на нем ездить, пока он не поправится. Если ему придется переносить вес на здоровую ногу, то может повредиться и она.
– Но что же мне делать?! – в отчаянии воскликнула Мики. – Пешком я не поспею в лагерь до темноты.
Кейл показал рукой на загон, полный лошадей.
– Если ты боишься остаться на ночь со мной и хочешь дать Сандансу нужный ему отдых, ты можешь взять одну из моих лошадей, а Санданса оставить мне. Я за ним присмотрю.
Она боится остаться? Эти слова заставили Мики вспыхнуть от негодования. Оставить Санданса с этим хитрым торговцем лошадьми? Да когда она вернется за своим любимцем, этот ковбой его уже продаст!
Не дожидаясь ее согласия, Кейл отстегнул подпругу, снял седло и привязал хромающего жеребца к столбу. Мики молча взглянула на его широкую грудь, не зная, что предпринять. Черт, как же неудачно захромал Санданс!
– Где вы собираетесь спать, если я решу остаться? – поинтересовалась она.
– Там, где обычно, – спокойно ответил Кейл. – В моей палатке, на кровати... на буйволовой коже. – Он потер воспалившееся место на лошадиной ноге, а потом поднял голову и одарил Мики плутоватой улыбкой. – Но я очень щедр. Я могу отдать тебе половину кровати.
– Я лучше умру! – воскликнула она так энергично, что в ее словах не могло быть и тени сомнений.
Кейл равнодушно пожал плечами:
– Ну, я как-нибудь это переживу. – Его взгляд остановился на соблазнительных изгибах ее тела и тут же загорелся, но Кейл поспешил напустить на себя равнодушный вид. – Не думай, что я очень буду горевать, если ты уедешь. Связываться с девственницами – это не мой стиль. Я предпочитаю женщин, а не смазливых девиц, которые совершенно не знают, как удовлетворить мужчину.
Мики непременно бы бросилась на него и дала пощечину, если бы знала, что ей делать дальше.
– А неразборчивые волокиты – это не мой стиль.