Я некоторое время тащила за собой Гонория, повисая на поводьях, но вскоре запыхалась и остановилась около какой-то скамейки в зарослях цветов — видимо, раньше здесь был зажиточный двор, нынче хозяевами заброшенный. С усталым вздохом я присела, протянула Гонорию свеклу, которую тот с опаской принял, и спросила у него печально:
— Вот скажи мне, глупое животное, отчего жизнь так сложна? Я только что получила дар от благодарного города, до этого меня наградили орденом Лиги и объявили героиней, да к тому же назначили чародейкой, о чем мне даже мечтать не полагалось… Во имя дружбы со мной один человек решился на смелый поступок, да к тому же подарил мне огромный дом, а еще двое — проходимец-демон и проходимец-маг — утверждают, что спасли меня во имя любви, которую они ко мне питают. Будучи сиротой, я внезапно обрела отца и узнала, что вскоре, возможно, повстречаюсь и с матерью. Обычно, истории, в которых это все случается, считаются счастливо закончившимися. Почему же я сейчас так уверена, что это все — только начало каких-то совершенно ужасных неприятностей?!!
Гонорий сочно хрупал свеклой и ничего не отвечал, а я смотрела в никуда, сгорбившись и подперши голову рукой.
Затем, когда у меня затекла спина, я решительно встала, отряхнула подол от цветочных лепестков, которые стряхивал на меня легкий летний ветерок, и сказала:
— А ну его все к лешему! Пойдем домой! Там, поди, уже обед готов!