Лязгнули ригели, металлическая дверь нехотя поддалась нажиму плеча, открыв тёмный проход.
Взору манула было всё нипочём. В темноте я ориентировалась прекрасно благодаря навыку. Проскользнув в узкую щель, достала колун из инвентаря и, тут же убрав обратно, сменила на нож. Слишком узкий коридор, не развернуться. Связки проводов лианами опутывали стены. Под ногами хлюпала ржавая жижа. Неприветливое место, пойду я отсюда. Ссыкотно мне что-то.
— Скорп, вылазь, тебе выпала честь первопроходца, — шепчу и одёргиваю себя, переходя на мысленный диалог, а вдруг кто услышит и придёт по мою душу? — «Давай, давай, ссыкун мелкий, бодрячком метнулся и разведал тут всё, в атласе белый шум стоит!»
«Вот сама и метнись, нашла дурака под свой рост! Я чую зло великой силы, там оно сидит, аккурат по коридору. Ступай, девонька, я в тебя верю! Мы с тобой любые горы свернём, но потом, а сейчас твоя задача причинять добро, тут я тебе не помощник. Маленький я и хрупкий, только под ногами путаться буду».
Вот же… мудозвон из пиздьей лужи! Подъебайка лупоглазый! Ни надёжи, ни опоры. Подмахнула система, впарив неликвид. Думала, рояль в кустах, а оказался рассохшийся баян.
Хочешь сделать хорошо — сделай сам. Сжала рукоять ножа покрепче и шаг за шагом начала продвигаться вглубь коридора, который оказался длиннее, чем я думала. Обходя паутину проводов, перепрыгивая глубокие лужи, медленно, но уверенно спускалась всё глубже, пока наконец не наткнулась на такую же гермодверь, что перекрывала вход в убежище. И тут меня ждал неприятный сюрприз.
Двухтонная плита была наглухо заварена. Сварной шов свежий, даже ржавчиной не покрылся. Срезанный штурвал валялся на бетонном полу. Вот ведь незадача, тут и навык взломщика не поможет — всё до меня сломали.
Вариантов, как пробиться через несокрушимую многотонную преграду, было несколько. Жахнуть сырой силой — и задохнуться в угаре плавящегося металла. Применить заклинание тлена — более эффективно в замкнутом пространстве. И наконец изучить книгу магии крови — может, там сокрыто нестандартное решение. Честно говоря, похер мне на стратегию. Место безопасное: позади чисто, впереди преграда. Самое время сделать привал, отдохнуть, собраться с мыслями, поюзать кровавый гримуар — когда ещё представится такая возможность? Светить перед Алёной возможностями ой как не хотелось. Чем меньше блонда знает, тем крепче я спать буду.
Присела на пол, оперлась спиной о стену, с удовольствием вытянула ноги и достала книгу из инвентаря.
Качественная работа, ничего не скажешь, с закосом под старину, а может, и старинная. Я не букинист, навскидку ценность увесистого фолианта определить не смогу. Да и неважно это — в любом случае книжица обратится в прах. Подтвердила поглощение и принялась с интересом наблюдать, как мелкие крупинки проникают сквозь кожу, не причиняя особого дискомфорта.
Веселье началось спустя десять минут — судя по всему, это время потребовалась организму для усвоения магических частиц. Нисколько не удивлюсь, если выяснится, что гримуар писан кровью злоебучей хтонической твари. Как бы там ни было, сдать назад не выйдет: кровь начала закипать в прямом смысле. Температура тела значительно поднялась. Скорп, мониторя параметры, то и дело выдавал отчёты, один другого пизже.
Тридцать восемь градусов. Тридцать девять. Сорок. Артериальное давление пробило потолок. В грудине стук отбойного молотка. В ушах гремят барабаны. Носом пошла кровь. Яркие круги сменились на иссиня-чёрные. В зобу дыханье спёрло. Мелкая дрожь перешла в лютый озноб. Я горела и замерзала одновременно. Мысли спутались в змеиный клубок.
Призраки прошлого, проявившиеся в галлюцинациях, принялись водить хороводы вокруг меня. Мать укоряла непутёвую дочь. Отец грозил ремнём. Бабка-покойница, подбирая в подол горячие угли с пола, осуждающе качала головой, нашёптывая проклятия под нос.
Скорп, раз за разом втыкая жало в шею, пытался усыпить ядом, но кипящая кровь сжигала всё инородное, не давая шанса на беспамятство.
Не знаю, каким чудом, но я выдержала адов круговорот! Не сломалась, не заорала и даже не обоссалась. Отупевшая от боли, измождённая демонической каруселью, тяжело дыша, распласталась по полу, погрузившись спиной в холодную жижу, отдающую машинным маслом и ржавчиной. Грязная лужа показалась милее лазурных вод Карибского моря.
Размазывая вонючую субстанцию по лицу, постепенно пришла в себя. Призраки исчезли.
Зачем приходили, чего хотели — так и осталось загадкой. Утихла боль и ломота в костях, успокоилось сердце. Температура всё ещё оставалась высокой, но уже не так плавила череп.
Я лежала кверху пузом, словно выброшенный на берег дельфин, невнятно бормоча заковыристые слова молитв давно забытому богу. До всего остального мне не было никакого дела.