Нет, Алина, конечно, была весьма смышленой девушкой, она быстро все схватывала, имела незаурядный ум, была весьма трудолюбива, но эта ее беспардонность порой просто невероятно раздражала! Она могла точно так же вломиться в кабинет посреди делового совещания, чтобы с донельзя серьезным видом поделиться какой-то откровенной ерундой. И сколько бы Виктория не делала ей замечаний, Алина упорно отказывалась понимать, что она делает не так. Порой Стрельцовой казалось, что эта брюнетка просто издевается над ней, и это ощущение только крепло, когда стало выясняться, что она вовсе не такая глупенькая дурочка, какой желает казаться.
Второй недостаток этой неожиданно свалившейся на голову подопечной был бичом всей современной молодежи. Это мобильный телефон. Алина с ним не расставалась ни на минуту, подолгу залипая в экран. Как она при этом умудрялась выполнять те задачи, что щедро на нее валила Вика, оставалось огромной загадкой, разрешить которую могло, наверное, только целенаправленное видеонаблюдение за ее рабочим местом. Сейчас, кстати, Алина этот свой недостаток демонстрировала наиболее ярко, ворвавшись в кабинет со своим смартфоном, которым размахивала во все стороны.
— Алина, разве я тебе не поручила направить всем московским клиентам презентации нашей новой производственной линейки?
— Вика, подожди ты со своей работой какие клиенты?! Да ты только глянь!
Брюнетка была необычайно взбудоражена, и сейчас находилась чуть ли не на грани истерики, так что Стрельцова даже проглотила её наглость. Раньше Виктория еще не видела свою подопечную в таком состоянии, так что волей-неволей, но волнение охватило и её саму.
Чисто рефлекторно взяв чужой телефон в руки, девушка уже не смогла его выпустить, потому что на первых же секундах запустившегося на экране видео она услышала такое знакомое имя…
— Сегодня Московским городским судом был вынесен приговор известному спиритуалисту Сергею Секирину, который был признан виновным в совершении убийства и приговорен к реальному тюремному заключению. Заседание проводилось за закрытыми дверями, но нашей съемочной группе все же удалось поприсутствовать на оглашении приговора. С подробностями наш корреспондент Пётр Королев.
Картинка сменилась, и теперь вместо строгой ведущей на экране возник смазливый молодой человек в деловом костюме, но с легкомысленно расстегнутыми верхними пуговицами рубашки.
— Спасибо, Катерина! Да, буквально только что был зачитан приговор Сергею Секирину. Его признали виновным в убийстве, побегу из-под ареста, а так же в применении насилия в отношения сотрудника полиции! Секирин свою вину признавать отказывался до последнего, всячески демонстрируя свое пренебрежение и нахально отвечая на вопросы прокурора и судьи. Он был настолько уверен в своей безнаказанности, что даже отказался от адвоката, решив представлять свои интересы самостоятельно. Но события явно пошли не по его плану! Наказание за подобные проступки оказалось строгим и неотвратимым — двадцать пять лет тюрьмы. Из зала суда Секирин был выведен конвоем, поговорить журналистам с ним не позволили. Однако этот процесс был ярчайшим примером того, что в нашей стране правосудие едино для всех — сколько бы у тебя ни было денег и связей, если ты виновен, то спасения не жди. С вами был специальный корреспондент Пётр Королев, эксклюзивно для телеканала «Правда».
Когда ролик закончился, Вика еще с полминуты тупо смотрела в погасший экран, силясь понять, шутка ли это или правда. Наконец она с трудом сумела перевести взгляд на взволнованную подопечную, что переминалась с ноги на ногу рядом с ней, будто боялась неосторожным словом нарушить ход мыслей Стрельцовой.
— Это… что?
Виктория была слишком шокирована увиденным и услышанным, чтобы сходу начать генерировать планы дальнейших действий, поэтому ее первый вопрос оказался вот таким вот глупым.
— Алло, Вика, очнись! Сергея посадили! Ты что, все прослушала?
— Нет, я все слышала… просто я не понимаю…
— А я, кажется, понимаю! Он еще тогда мне сказал о том, что находиться рядом с ним опасно, словно уже тогда у него были проблемы!
— Странно, мне он ничего подобного не рассказывал, хотя я и пыталась у него выспросить.
Как бы Виктория не старалась придать голосу привычный тон, но тот все равно задрожал от прорезавшихся в нем ревнивых ноток. Однако Алина, похоже, даже не обратила на это внимания, кинувшись нервно вышагивать по всему кабинету, периодически спотыкаясь о стулья.
— Что же делать… черт! — Она оттолкнула некстати оказавшееся на ее пути кресло. — Мы же должны ему помочь!
— Как?
— Откуда я знаю как? Я думала, ты предложишь! Ты ведь такая умная, большая начальница, у тебя голова всяко варит!
— Ты выбрала не самый удачный момент для своих подколок. — Голос Виктории прозвучал достаточно холодно, чтобы даже эта взбалмошная девица ощутила перепад температуры.
— Нет, Вик, ты не подумай, я серьезно! Извини, если это прозвучало как-то не так, но я на самом деле так считаю. Ты действительно куда умнее меня.