Читаем Я – многообразная старуха полностью

Старухи бывают ехидны, а к концу жизни бывают и стервы, и сплетницы, и негодяйки… Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!



– Фаина, – спрашивала ее старая подруга, – как ты считаешь, медицина делает успехи?

– А как же. В молодости у врача мне каждый раз приходилось раздеваться, а теперь достаточно язык показать.



В старости главное – чувство достоинства, а его меня лишили.



К смерти отношусь спокойно теперь, в старости. Страшно то, что попаду в чужие руки. Еще в театр поволокут мое тулово.

Я – многообразная старуха.



Сегодня встретила «первую любовь». Шамкает вставными челюстями, а какая это была прелесть… Мы оба стесняемся нашей старости.



Когда пионеры-тимуровцы пришли к Раневской домой, помогать как престарелой, она их выпроводила со словами:

– Пионэры, возьмитесь за руки и идите в жопу!

Красота – это страшная сила


В парке к Раневской стал приставать какой-то мужчина. Пытаясь от него отвязаться, она сказала:

– Товарищ, вы, наверное, ошиблись. Я старая и некрасивая женщина.

Он обогнал ее, посмотрел в лицо и заявил:

– Вы правы. Очень извиняюсь.

– Мерзавец! – так обычно заканчивала эту историю Фаина Георгиевна.



Раневская как-то сказала одной даме, что та по-прежнему молода и прекрасно выглядит.

– Я не могу ответить вам таким же комплиментом, – дерзко ответила та.

– А вы бы, как и я, соврали! – посоветовала Фаина Георгиевна.



Обсуждая только что умершую подругу-актрису:

– Хотелось бы мне иметь ее ноги – у нее были прелестные ноги! Жалко – теперь пропадут.



Раневская о проходящей даме:

– Такая задница называется «жопа-игрунья».

Однажды, посмотрев на Галину Сергееву,



исполнительницу роли Пышки, и оценив ее глубокое декольте, Раневская своим дивным басом сказала, к восторгу Михаила Ромма, режиссера фильма: «Эх, не имей сто рублей, а имей двух грудей».

Раневская и актриса Вера Марецкая идут по Тверской. Раневская говорит:

– Тот слепой, которому ты подала монету, не притворяется, он действительно не видит.

– Почему ты так решила?

– Он же сказал тебе: «Спасибо, красотка!»



Дамы, не худейте… Оно вам надо?.. Уж лучше к старости быть румяной пышкой, чем засушенной мартышкой…



Я никогда не была красива, но я всегда была чертовски мила! Я помню, один гимназист хотел застрелиться от любви ко мне. У него не хватило денег на пистолет, и он купил сетку для перепелов.



В моем тучном теле сидит очень даже стройная женщина, но ей никак не удается выбраться наружу. А учитывая мой аппетит, для нее, похоже, это пожизненное заключение…



В подвенечном платье каждая женщина напоминает Деву Марию. На лице появляется выражение крайней невинности.



Рецепт молодости от Фаины Раневской:

– Импортный полироль не хуже нашего крэ-эма, честное слово. С вас сползет старая кожа, и вы будете ходить как новорожденная.



Однажды Раневскую спросили:

– Почему красивые женщины пользуются большим успехом, чем умные?

– Это же очевидно – ведь слепых мужчин совсем мало, а глупых пруд пруди.



В доме отдыха на прогулке приятельница заявляет:

– Я так обожаю природу.

Раневская останавливается, внимательно осматривает ее и говорит:

– И это после того, что она с тобой сделала?

О, женщины!


Бог создал женщин красивыми, чтобы их могли любить мужчины, и – глупыми, чтобы они могли любить мужчин.



Женщины умирают позже мужчин, потому что вечно опаздывают.



– Смесь степного колокольчика с гремучей змеей, – говорила Раневская об одной актрисе.



Даже хорошо относясь к человеку, Раневская не могла удержаться от колкостей. Досталось и Любови Орловой. Фаина Георгневна рассказывала, вернее, разыгрывала миниатюры, на глазах превращаясь в элегантную красавицу Орлову.

Любочка рассматривает свои новые кофейно-бежевые перчатки:

– Совершенно не тот оттенок! Опять придется лететь в Париж.



– Шкаф Любови Орловой так забит нарядами, – говорила Раневская, – что моль, живущая в нем, никак не может научиться летать.



Раневская как-то рассказывала, что, согласно результатам исследования, проведенного среди двух тысяч современных женщин, выяснилось, что двадцать процентов, то есть каждая пятая, не носят трусы.

– Но, Фаина Георгиевна, где же это могли у нас напечатать?

– Нигде. Данные получены мною лично от продавца в обувном магазине.



Почему все дуры такие женщины?



При разгадывании кроссворда:

– Женский половой орган из пяти букв?

– По вертикали или по горизонтали?

– По горизонтали.

– Тогда ротик.



Нет толстых женщин, есть тесная одежда.



Раневская возвращается с гастролей. Разговор в купе. Одна говорит:

– Вот вернусь домой и во всем признаюсь мужу.

Вторая:

– Ну ты и смелая.

Третья:

– Ну ты и глупая.

Раневская:

– Ну у тебя и память.



– Берите пример с меня, – сказала как-то Раневской одна солистка Большого театра. – Я недавно застраховала свой голос на очень крупную сумму.

– Ну и что же вы купили на эти деньги?



– Какие, по вашему мнению, женщины склонны к большей верности – брюнетки или блондинки?

Не задумываясь, Раневская ответила:

– Седые!



– Фаина Георгиевна, говорят, что женщины живут дольше мужчин.

– За всех ручаться не могу, но вдовы – точно.



Перейти на страницу:

Все книги серии Книги о людях театра, кино, эстрады

Я – многообразная старуха
Я – многообразная старуха

Фаина Георгиевна Раневская – российская и советская актриса театра и кино, народная артистка СССР, кавалер ордена Ленина, лауреат трех Сталинских премий, ее именем в 1986 году был назван астероид… Самобытная и талантливая, она долгие годы своей жизни отдала театру, однако больше знакома нам по ярким и запоминающимся киноролям. Но большинство из нас любят и помнят ее не за это. Умная и самоироничная, она колола языком как жалом, но в то же время была ранимая. Она могла запросто раздать половину зарплаты нуждающимся и подбрасывала подарки в карманы уходящим гостям… Эта удивительная женщина была воплощением противоречия: хотела любить, но была одинока. Одни искали с ней встреч, другие избегали, одни боготворили, другие боялись и впадали в ступор, попав под словесный «обстрел» ее парадоксальной натуры. Именно острословие и искрометный юмор сделали Фаину Георгиевну любимицей многих. В беседах Раневская не стеснялась в выражениях, ее гениальные фразы разбирались на цитаты и сразу разлетались по городам и весям. Она была неудобной актрисой на сцене, а иногда и человеком в быту, потому, что остро реагировала на фальшь и ложь. Ее язвительная мудрость была, есть и будет актуальной.

Фаина Георгиевна Раневская

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Андрей Сахаров, Елена Боннэр и друзья: жизнь была типична, трагична и прекрасна
Андрей Сахаров, Елена Боннэр и друзья: жизнь была типична, трагична и прекрасна

Книга, которую читатель держит в руках, составлена в память о Елене Георгиевне Боннэр, которой принадлежит вынесенная в подзаголовок фраза «жизнь была типична, трагична и прекрасна». Большинство наших сограждан знает Елену Георгиевну как жену академика А. Д. Сахарова, как его соратницу и помощницу. Это и понятно — через слишком большие испытания пришлось им пройти за те 20 лет, что они были вместе. Но судьба Елены Георгиевны выходит за рамки жены и соратницы великого человека. Этому посвящена настоящая книга, состоящая из трех разделов: (I) Биография, рассказанная способом монтажа ее собственных автобиографических текстов и фрагментов «Воспоминаний» А. Д. Сахарова, (II) воспоминания о Е. Г. Боннэр, (III) ряд ключевых документов и несколько статей самой Елены Георгиевны. Наконец, в этом разделе помещена составленная Татьяной Янкелевич подборка «Любимые стихи моей мамы»: литература и, особенно, стихи играли в жизни Елены Георгиевны большую роль.

Борис Львович Альтшулер , Леонид Борисович Литинский , Леонид Литинский

Биографии и Мемуары / Документальное