Читаем Я + Он полностью

Не могу ответить. Просто с глаз катятся слезы, а тело трясет. Мгновение Макс смотрит на меня, а потом обнимает за плечи, помогает встать и сажает на переднее сиденье. Обегает и садится рядом. Включает печь на всю и не спрашивая больше ничего выезжает на дорогу.

— Это т-т-т-воя машина?

— Моя. — Спокойно отвечает, не сводя взгляда с дороги. — Расскажи, что случилось?

— Нет.

— Уверена? Тебя кто-то обидел?

— Нет.

— Софи! — укоризненно. — Ты звонишь в три ночи, просишь, чтобы забрал, кстати, пожалуйста, а затем молчишь! Я же вижу, что-то случилось!

— Когда ты записал свой номер? — Вместо ответов, спрашиваю.

— На одной из совместных пар. Сейчас это не имеет значения! — Его голос повышается, интонация меняется.

— Что случилось?

Но я молчу. Не могу рассказать о подобном унижении. Изнасилование. Меня изнасиловали. Это же отвратительно! Страшно. Как он будет смотреть на меня после такого? За кого будет принимать? За проститутку? Я же сама виновата: пошла в клуб, пила вино, села в авто… Все это — я!

— Не важно. Спасибо, что забрал, — шепчу в ответ, прикрывая волосами заплаканное лицо. Макс переводит взгляд на мои руки и я с ужасом замечаю, как рукава пальто задрались, а на запястьях уже синеют синяки от пальцев Назара.

— А это тоже не важно? — Взглядом указывает. Голос звенит от напряжения.

— Нет. — Трудно глотаю, наконец согреваясь и чувствуя себя в тепле и под защитой. Кто бы мог подумать, что человек, который почти не утопил меня, дважды станет моим островом убежища и спокойствия в подобный момент?

Глава 17

В полной темноте мы минут пятнадцать сидим в машине, после того, как останавливаемся под общежитием. Макс даже свет в салоне не включает. И не отпускает меня. Я физически чувствую, сколько вопросов крутится в его голове, но он молчит. Сканирует взглядом который не могу понять и просто молчит. Возможно ожидает, что я расскажу все, но я не могу. То, что со мной произошло — стыд. Это ужасно. Отвратительно. Чувствую себя куском дерьма, который выбросили на обочину, ведь он не заслуживает большего. То, что со мной произошло — сломало меня, вырвало внутренности, надломило что-то в душе.

— Софи, — нарушает тишину. От неожиданности вздрагиваю, мечтая в данный момент о его объятиях и отсутствии вопросов. Я помню, какие они — его объятия, его аромат… — Я так не могу. Ты попросила о помощи и я примчался ночью, нашел тебя в таком состоянии… Возможно, если бы мне было все равно, я бы не задавал вопросов, на которые ты определенно не хочешь отвечать, но мне не все равно. Понимаешь?

— Да. — шепчу.

— Тогда скажи, что случилось! — Отчаяние в его голосе такое искреннее, словно он действительно переживает за меня. Но… Господи! Я не могу. Не могу. Не могу.

— Не могу…

— Почему?!

— Просто не могу, Макс. Я вообще сейчас ничего не могу. — Чувствую, как новая волна слез заливает лицо. И сейчас я даже рада, что в машине темно. Так не видно, как плачу. Но сдержать рыдания не удается. Макс обнимает за плечи и прижимает к себе. Гладит по голове, перебирает пряди влажных волос, закладывает их за уши и нежно касается губами лба, затем кончика носа и закрывает в своих объятиях от всего мира, пока я не останавливаясь, ведь просто не в состоянии этого сделать — плачу. Боль снова и снова ломает на куски, разбрасывает их по ветру, которые больше никогда не собрать. Кровь, будто яд, обжигает сосуды, умножает боль в тысячу раз…

— Ш-ш-ш-ш-ш, — шепчет. — Все будет хорошо, моя Софи.

Всхлип за всхлипом. Под головой твердое, крепкое мужское плечо. Мне тепло. Уютно. Чувствую себя защищенной. А еще опустошенной, сломанной, противной, но все еще кому-то нужной, даже после того, что произошло….

— Пожалуйста, скажи, что ты там делала? Тебя изнасиловали? Потому что ты заставляешь меня прямо сейчас терять рассудок, Софи.

— Разве тебе не все равно?

— Если бы мне было все равно, я бы приехал в три часа ночи? Пытался обратить на себя твоё внимание? Это ты на яхте решила, что мы разные, и поэтому сейчас тщательно притворяешься, будто меня не существует, а я чувствую себя глупой собакой, что ищет свой дом. — Столько искренности в каждом слове. Столько правды. Его правды, что чувствую себя последней мразью на свете.

— Я тебя не заслуживаю.

— Подобное решать мне!

На мгновение замолкает, в машине играет чудесная песня, которая заставляет горько плакать душу и сердце. Корить себя за все свои поступки. Ненавидеть.

— Я поехала к Оле, в ночной клуб. — Начинаю. Голос дрожит, руки холодные, хотя по спине бежит пот. — Там были какие-то парни, я не знаю. Один из них заказал вина, я выпила, хотела сама за это рассчитаться, но он не дал. А потом я решила поехать домой, а он… — Слезы новым потоком бегут из глаз. — Он предложил подвезти, тем более, что я не могла вызвать такси. Я согласилась. Ну, а потом…

— Он отвез тебя в глухой район и сделал, что, Софи?

— Он… он заставил меня… Я не могу этого сказать. Не могу! — Плачу так, что становится трудно дышать. Заливаю куртку Макса соленой водой, крепко сжимая пальцами его руку, что нежно и легко гладит меня.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Измена. Я от тебя ухожу
Измена. Я от тебя ухожу

- Милый! Наконец-то ты приехал! Эта старая кляча чуть не угробила нас с малышом!Я хотела в очередной раз возмутиться и потребовать, чтобы меня не называли старой, но застыла.К молоденькой блондинке, чья машина пострадала в небольшом ДТП по моей вине, размашистым шагом направлялся… мой муж.- Я всё улажу, моя девочка… Где она?Вцепившись в пальцы дочери, я ждала момента, когда блондинка укажет на меня. Муж повернулся резко, в глазах его вспыхнула злость, которая сразу сменилась оторопью.Я крепче сжала руку дочки и шепнула:- Уходим, Малинка… Бежим…Возвращаясь утром от врача, который ошарашил тем, что жду ребёнка, я совсем не ждала, что попаду в небольшую аварию. И уж полнейшим сюрпризом стал тот факт, что за рулём второй машины сидела… беременная любовница моего мужа.От автора: все дети в романе точно останутся живы :)

Полина Рей

Современные любовные романы / Романы про измену